Через несколько секунд Андрей перестал дышать. Тело обмякло, зрачки глаз остекленели. Хромов закрыл глаза Андрея. Как это могло произойти? Казалось, то, что происходит, все не взаправду. Словно это был какой-то кошмарный сон. Несколько слабо освященных коридоров уходили в разные стороны. Он посмотрел на трубу вентиляции, из которой спрыгнул некоторое время назад, казалось, что кто-то следит за ним оттуда, из темноты. Хромов взглянул на свои израненные, окровавленные руки, обрывки рубашки слабо сдерживали рваные раны. Ни единого звука. Лента коридора извилисто уходила вдаль. Слышен был только гул пробегающего по проводам напряжения. Вооружившись найденным здесь же железным прутом, он медленно двинулся вперед. Было заметно, что коридор стал шире, рукотворная кирпичная кладка стен исчезла, растворяясь в каменистой породе. Наверное, тоннель ушел глубоко под землю и влился в скалистую гору. Стало еще холоднее. Дышать было трудно, в горле першило, наверное, из-за недостаточного количества кислорода для дыхания, еще, возможно, из-за того, что он был перемешан с каким-то газом. Хромов услышал звуки, похожие на бормотание, с каждым шагом звуки становились ближе. Вжавшись в стену, он медленно шел, стараясь не издавать звуков. Вскоре увидел пещеру и яркий свет, исходящий из арки входа. Подойдя, заглядывать внутрь не стал, развернувшись спиной к стене, тяжело сел. Прислушался. Говорил один, хрипло, неестественно, тянув слова. Некоторые предложения трудно было разобрать, но смысл сказанного был понятен.
– Пробил наш час!
Раздался одобрительный гул.
– Мы долго готовились к этому моменту. Братья, мы прошли долгий путь, и, главное, мы сумели выжить в этих невыносимых суровых условиях. Сейчас мы готовы! Мы готовы к войне за выживание нашей с вами цивилизации. Несколько тысяч наших бойцов ждут команды. Они вырвутся завтра из нашего с вами дома для того, чтобы завоевать свое место под солнцем.
Одобрительный гул на короткое время перешел в овации. Хромов, стараясь быть незамеченным, аккуратно заглянул в пещеру. Огромная пещера была до отказа заполнена существами. В середине стоял стол, вырезанный из горной породы, над ним висела окутанная гирляндой ярких лампочек тяжелая люстра. Под ней стоял странный человек на высоком помосте. Он был в сером костюме и в белой рубашке с грязным воротником. Кожа лица показалась немного бледной и влажной. Волосы были спутавшиеся и липкие. Неестественно длинные руки были одеты в черные перчатки. На ногах светлые испачканные черной сажей сапоги большого размера. Рядом с оратором стоял знакомый охранник, тот, который нес службу на проходной завода. Теперь стало ясно, что проходов в подземные катакомбы было несколько. Человек на помосте снова заговорил.
– Один из наших людей, посланный нами, вернулся с хорошими новостями, – длинный палец в черной перчатке указал на охранника. – Наверху все готово к захвату власти. Завтра утром собирается огромная манифестация, подготовленная нами. Наша задача – раствориться среди митингующих и подогреть протест, надо зажечь фитиль революции, спровоцировать людей на убийства друг друга. Хромов смотрел на происходящее, не отрываясь, не пропуская ни одного слова.
– Люди наверху, – продолжал оратор, – ненавидят своих правителей, к власти добрались недалекие жадные люди. Молодое поколение, пропитанное идеями либерализма, требует изменений. Их надо толкнуть к противодействию власти. Наша задача – спровоцировать столкновение, молодые манифестанты будут нападать на полицию, состоящую из собственных граждан, мы посеем зерна гражданской войны. Потом, захватив власть, мы методично уничтожим человечество как вид. Они должны исчезнуть с этой планеты. Всем готовность номер один, а сейчас расходитесь, завтра в бой.
Началось движение, похоже, огромная толпа начала расходиться. Кто-то мог пройти мимо и заметить чужака, немедленно встав, Хромов нырнул в один из проходов, найдя укромный уголок, затаился. Разбредавшиеся по коридорам пещеры особи, предвкушая события, оживленно делились впечатлениями. Через некоторое время все стихло. Хромов, закрыв глаза, обдумывал услышанное, потом, провалившись в сон, погрузился в воспоминания, снова вспомнил потерянную супругу, какие же красивые у нее были глаза…
– Сергей.
Хромов открыл глаза. Кругом темнота. То тут, то там капли воды, срывающиеся с потолка, громко разбивались о каменный пол, от ужасной смеси кислорода и газа голова опять болела, переставала что-то соображать.
– Сергей! Сергей, это ты? – откуда-то из темноты раздавался голос потерянной супруги.
– Жанна?! Ты где?
– Я здесь, иди вперед.
Хромов, словно во сне, подняв перед собой руки, пошел на голос.
– Сергей, иди вперед.
Прошел несколько шагов, рука дотронулась до холодной стали. Что это? Это решетка? Где-то совсем близко он почувствовал дыхание любимого человека.
– Жанна, ты?
– Да, я. Я тебя сразу узнала. Когда ты сидел там. Притаившись. Откуда ты здесь. Как ты здесь оказался.
Только сейчас Хромов осознал, все то, что происходит сейчас с ним, все правда. Все по-настоящему.
