Элису Ника дозвониться так и не смогла, как ни пыталась, поэтому просто купила им с Вэл билеты сама. У Вэл с отцом есть какая-то удивительная, непостижимая связь, невидимая связь – ниточка, всегда связывающая их друг с другом, и Ника это знала. Элис учил Нику всегда слышать и слушать дочь, как бы невероятно ни звучали её слова. «Когда-нибудь это спасёт всем нам жизнь, – говорил он жене. – Чудеса случаются только с теми, кто не отмахивается от них как от назойливых мух», – часто повторял Элис.
В итоге Ника привезла Вэл и себя, конечно, на другой конец света – в Индонезию, на этот райский остров. Нет, ну конечно, сама поездка на райский остров – это прекрасно. Вот только зачем конкретно они сюда прилетели, Ника всё ещё пока не знала. Она очень боялась, что неожиданная поездка на остров обернётся для их семьи не отдыхом, а очередным испытанием.
– Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании, – звучал приятный голос из динамиков.
– Мама, держись. Сейчас. Начинается, – громко и неожиданно сказала Вэл, обращаясь к Нике. Сама Вэл вся сжалась и буквально вдавила своё тело в кресло.
Ника даже спрашивать ничего не стала и тут же последовала примеру дочери.
Голос в динамике продолжал.
– К самолету сейчас будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до…
Вдруг речь оборвалась на полуслове. Самолёт резко остановился. Часть пассажиров, не ожидая этого, достаточно сильно ударились о спинки впереди стоящих кресел.
В следующий миг всё вокруг затряслось и завибрировало. Из динамиков раздался испуганный, но ровный голос.
– Никому не покидать своих мест. Крепко пристегнуть ремни и не вставать. На острове началось сильное землетрясение. Оставайтесь на своих местах. Здесь, в самолете, на взлётной полосе безопаснее всего. Самолет сейчас – самое безопасное место. – Этот текст повторяли снова и снова. На разных языках. Речь говорившего дрожала и сбивалась при сильных рывках.
Самолёт, словно «пустую пластиковую бутылку», кидало по взлётной полосе из стороны в сторону: то вправо, то влево, то почти вдавливая в бетонное покрытие, то подбрасывая вверх. Сейчас казалось, что огромный лайнер совсем ничего не весит. Все его десятки тысяч килограммов превратились в дрожащую пушинку, которую ветер просто «гонял» по взлетной полосе. От сильной тряски несколько багажных полок над пассажирскими сиденьями открылись, и людям на голову и в проход полетели лежащие там вещи.
Люди в креслах держались изо всех сил. Кто-то кричал от ужаса. Кто-то плакал. Кто-то молился. Абсолютно все как один надеялись, что скоро всё закончится. Картинки в иллюминаторе мелькали так быстро, что ничего невозможно было рассмотреть. Где-то не очень далеко раздался взрыв. «Что-то взорвалось. Надеюсь, это не один из самолетов», – почему-то в этот момент подумала Ника. Впрочем, вторая её мысль была: «Господи, как вообще во всём этом можно думать?»
Прошло не более минуты, а Нике казалось, это длится целую вечность.
– Не бойся, сейчас закончится, – вдруг сказала Вэл и положила свою руку на руку матери. – Здесь никто не погибнет. С самолетом всё будет хорошо. Люди погибли там, – Вэл посмотрела за стекло иллюминатора. – Там пострадало много, – с горечью сказала девочка. – Я их чувствую. Тем, кто жив, очень больно. – Девочка прикрыла глаза.
Сильно трясти почти перестало, хотя самолет ещё шатался и подрагивал от более мелких толчков. Ника повернула голову к дочери и спросила.
– Папа жив? Он жив?
– Да, – ответила ей Вэл и посмотрела в глаза матери. – Он жив. Страшно будет еще не сейчас, позже.
– Что значит позже? А сейчас что было? Почему страшно? Что произойдет? – взмолилась Ника, глядя на дочь. – Та не отвечала. – Расскажи мне, милая, что здесь происходит? – Ника чувствовала, как волна страха, нет, скорее ужаса, разливается по всему ее телу, сковывая мышцы и не давая нормально думать. Вэл, нервно ёжась, сидела и просто смотрела перед собой.
Трясти совсем перестало. Всё в самолете замерло. В салоне стояла «мертвая» тишина. Никто из пассажиров не пытался даже заговорить, не то что встать. Все ждали того, что будет дальше. Снова ожили динамики:
– Уважаемые пассажиры, просьба всем оставаться на своих местах, до полного выяснения масштабов и последствий землетрясения для нашего самолета и здания аэропорта. Вставать с места и отстегивать ремень безопасности категорически запрещено. Землетрясение может снова повториться, даже с большей силой. Как только колебания прекратятся и станет безопасно, мы вас пригласим к выходу, – вещал взволнованный женский голос. Затем речь, как и в прошлый раз, повторили уже на других языках.
В самолете все еще было на удивление тихо. Никто из пассажиров даже не обсуждал случившееся. Люди молча ждали, что им сообщат, боясь пропустить даже слово.
