Однажды герцог де Модрибур приехал в Тулузу, чтобы узнать секрет превращения неблагородных металлов в золото, но граф отказался его принять из-за его дурной репутации. И этому презренному старцу досталась Амбруазина…
Занималась заря. Забрезжил неясный свет, разгоняя ночную тьму и растворяя светящийся ореол вокруг свечи. Котенок выбрался из своего укрытия, подбежал к двери и замяукал. Анжелика встала, чтобы выпустить его.
Она открыла деревянный ставень: белый, как снег, туман по-прежнему стоял стеной. Но в комнату начал проникать запах горящих поленьев, голоса часовых, их шаги. Анжелике захотелось, чтобы перед ней появился Пиксарет в боевой алой раскраске и сказал бы со своей обычной улыбкой: «Ты моя пленница». Это и есть жизнь, их настоящая жизнь на американской земле, вдали от низости Старого Света.
Все это время Анжелика ощущала легкую тошноту. Она подошла к Амбруазине, заставила ее выпить глоток свежей воды.
Герцогиня лежала без сил, с закрытыми глазами. Однако ее голос прозвучал на удивление отчетливо и ясно:
— Я еще не простила, не смирилась. Эти воспоминания жгут меня, словно каленое железо. Моя душа мертва.
— Успокойтесь, — Анжелика нежно, как ребенка, погладила герцогиню по покрытому испариной лбу, — вы выговорились, это всегда приносит облегчение. А теперь постарайтесь не думать ни о чем, отдохните. Здесь вас никто не потревожит, не потребует у вас отчета в ваших поступках. Здесь нет свидетелей вашего прошлого. Если вы хотите еще что-нибудь рассказать, я обязательно вас выслушаю, но немного позже. А сейчас поспите.
Анжелика положила свою прохладную ладонь на утомленные глаза Амбруазины.
— Какое счастье, что я встретила вас! — вздохнула та и почти тотчас погрузилась в глубокий сон.
Анжелике пришлось предупредить Колена Патюреля о неожиданном возвращении герцогини.
Губернатор Голдсборо воспринял известие молча, только несколько раз кивнул головой и ограничился приглашением обеих женщин к себе на ужин.
Отсутствие Жоффрея де Пейрака, маркиза д'Урвилля, испанских гвардейцев, свиты графа и даже маркиза де Виль д'Авре создавало в Голдсборо, окутанном туманной мглой, атмосферу непривычной пустоты. Здесь царила тишина, которая обычно спускалась на Голдсборо в зимнюю пору. Но сейчас над поселком разлился тяжелый, душный воздух, который наполнил берег резкими ароматами далекого леса, перебивавшими горьковатый запах водорослей и прилива.
Казалось, ничто не связывает между собой представителей двух разных вероисповеданий, оказавшихся волею судеб вместе.
Солдаты Колена не покладая рук отстраивали свой поселок и церковь. Они работали молча. Слышались лишь краткие приказания Барсампюи. Лицо юного искателя приключений было печально.
Протестанты занимались своими обычными делами, не обмениваясь с католиками ни единым словом.
Общение шло на более высоком уровне. Знатные граждане Ла-Рошели, похоже, получали истинное наслаждение от беседы с Коленом. Подле него Анжелика увидела Маниго, Берна и пастора Бокера.
Анжелика справилась о здоровье Абигель. Габриэль Берн казался довольным:
— Сегодня утром она почувствовала себя лучше, даже затеяла стирку. Думаю, у нас в запасе есть еще несколько дней, — он был рад, что отодвигается день, которого он боялся, пожалуй, даже больше, чем сама Абигель.
Анжелика отправилась навестить подругу. Та и вправду выглядела лучше и даже деловито носила корзины с бельем на речку, где вместе с Севериной, Лорье, Бертильей и еще несколькими соседками она намыливала белье и энергично орудовала вальком.
— У меня не было сил заниматься домашними делами, и я боялась, что комнаты останутся неприбранными к сроку» Слава богу, сегодня я чувствую себя хорошо, наверное, благодаря влажному туману, и к вечеру как раз успею развесить выстиранное белье. Завтра снова выглянет солнце. У меня будет время все сложить и убрать в шкаф. Северина мне потом поможет гладить. И тогда я смогу спокойно отдыхать. Анжелика пообещала Абигель свою помощь.
Вернувшись в форт, она застала Амбруазину де Модрибур сидящей перед подносом с завтраком, который подали по приказу Анжелики. На лице герцогини лежала тень. Быть может, она жалела о своих признаниях? Словно застыв в неестественной позе, она уже несколько часов неподвижно глядела перед собой. Порой она машинально подносила ко рту маленький кусочек хлеба и медленно его жевала, погруженная в раздумья. Анжелика сказала Амбруазине, что не хочет оставлять ее одну в домике на окраине, где они жили вместе с королевскими невестами, и предлагает ей поселиться у тетушки Анны, весьма ученой старой девы, которая зимой дает уроки местным детям. К ее скромному жилищу была пристроена удобная комната с отдельным входом, которая зимой служила классом для занятий, а летом не использовалась. Госпожа де Модрибур может туда переселиться уже сегодня.
