- Именно, - отрезала Лика. - Графиня Саваж, к вашим услугам. Думаю, нас уже ищут -потерялись-то мы вчера. И ведь найдут, и вам мало не покажется, я вас уверяю.
- Хорошо, я придумал. Я отпущу вашего мужа. в обмен на вас. Вы останетесь со мной.
- Вы думаете, прокатит? Он же ваш этот замок затраханный по камешку разнесёт.
- Что-то пока никто ничего не разнёс, - заметил Жиль. - Располагайтесь, дорогая Анжелика, и давайте договариваться.
- Договариваться можно на равных, а мы с вами ни хера ни на равных, извините.
- Я сниму с вас ошейник. чуть позже. Сначала выслушайте меня.
- Ну, - Лика огляделась, увидела рядом деревянное кресло - старое и облезлое, накрытое какой-то тряпицей.
Тряпица показалась грязной и вообще подозрительной, поэтому Лика сбросила её на пол и потом только села.
- Мне нужны наследники. Или хотя бы один наследник - здоровый и магически одарённый. И для этого мне нужны вы. В принципе, я даже буду готов отпустить вас к мужу - потом. Если вы сами захотите уйти. Но вам придётся подарить мне некоторое время своей жизни... и наследника.
- Бред какой, господи, - Лика аж головой замотала, попытавшись развидеть этот наглый лысый череп. - Это невозможно.
- Очень даже возможно. Иначе я убью Саважа - сейчас ничто не мешает мне это сделать.
- Не прокатит. Если вы будете всё это время держать меня в ошейнике - я скоро помру, мне так объяснили. И никакого вам наследника. А если вы с меня ошейник снимете - то я здесь всё нахер сожгу, уж извините. В королевском дворце, говорят, даже камни поплавились, не то, что вшивые половички, - Лика отпнула от себя сброшенную на пол тряпку.
- Так это вы подожгли дворец? - почему-то восхитился он. - Вам достало силы?
- А то, - зло сказала Лика. - Да что вы знаете обо мне, что хотите от меня наследника? Вам и вправду надо, чтобы он был с моими генами? Да на хера, на самом-то деле? Вы кукухой поехали, да? В смысле - безумны? Ума лишились в путешествиях, а не только волос на черепе?
- Я хочу породниться с моим другом, покойным графом Флорианом, - сообщил он. - Мне нужна ваша сила, я хочу увидеть её в наших с вами детях.
- Породниться он хочет, ага. Вы её видели, эту силу? Это вам прилетело по башке, когда она в первый раз прорезалась? Это вы тогда чуть не сдохли? Вы учили меня с ней обращаться? Вы доверяли мне прикрывать спину в бою? Это с вами мы стояли плечом к плечу против полусотни уродов, и потом чуть не померли на пару от истощения? - и когда она пела «Арию» в королевском саду, тоже вовсе не скотина Жиль сидел рядом! - Знаете, когда ваш племянник кое-что про меня и мою силу понял, то, по ходу, перекрестился, что я в итоге осталась не с ним. А не понял - так поймёт ещё. А теперь и вы туда же. Саваж взял меня без ничего и в штанах, как мудро сказал господин маршал Вьевилль. И он не боялся, что я сожгу его к хренам первой же ночью. А вы? Не боитесь? А я ведь сожгу. И если с головы моего мужа упадёт хоть один волос, сожгу непременно.
- Прекрасна, - улыбнулся Жиль.
Что-то он совсем дебил, по ходу. Ни хрена не понимает.
- Я даже сниму с вас ошейник. Не сразу. Сначала зафиксирую вам руки.
- Не поможет.
- Хорошо зафиксирую. А потом. познакомимся поближе.
Жиль поднялся из кресла, в котором сидел, и поднялся тяжело - нога-то почти не служит, так тебе и надо, гадина. Взял со столика какие-то штуки, очевидно - магические, подошёл, и прямо пригвоздил Лику к деревянному сиденью взглядом. И в том взгляде было главным образом восхищение - ну надо же, оценил, мать его за ногу.
Запястья Лики разом с подлокотниками охватили плотные серебристые ленты - она могла разве что пошевелить пальцами. Блин, надо было бежать, он же хромой, не успел бы за ней, и чего она тормозила! А Жиль сбросил дублет, снял рубаху и приблизился к ней, тяжело опустился рядом на пол. Расстегнул верхние пуговицы её дублета, тронул подбородок, развязал шнурки сорочки.
- Какая невероятно нежная у вас кожа, дорогая. А это ещё что?
Что-что, свадебный подарок, подумала Лика, а ты точно дебил, если не знаешь, что это.
Ну да, жемчужные бусы в пять рядов не носят в дорогу под дублетом, но она хочет и будет. Лика собралась уже зажмуриться, чтобы не видеть этой рожи, перед которой она оказалась совершенно бессильна, но взгляд зацепился за деталь. За маленькую хреновинку, висящую у него на шее. Голубую, типа эмалевую. Или у них тут эмали нет? Да есть, наверное. У него никак не должно быть такой хреновинки, однако была.
Он же тем временем отогнул от шеи воротник её рубахи, залез под него рукой и, по ходу, хотел снять с неё бусы. Но стоило ему коснуться застёжки, как вдруг громыхнуло, сверкнуло, из окна посыпались стёкла и ещё что-то где-то упало. И сам он... упал.
Неожиданно, блин. Лика даже не сразу сообразила, что свободна, совсем свободна. И руки у неё свободны, и ошейника на шее нет. Ни хрена ж себе!
Попробовала встать, но ноги подкосились, и она опять плюхнулась в кресло. Сообразила найти в сумке на поясе зеркало. Цело, не разбилось, работает.
- Лионель, спаси нас, пожалуйста! Да хрен знает, где мы, не знаю, в каком-то затраханном замке дядюшки Жиля!
