– А у вас, в самом деле, работает китайский фейри? Насколько я знаю, вывоз их за пределы резервации запрещен – они внесены в Желтую книгу вымирающих существ. Не боитесь, что если кто-то увидит как вы его эксплуатируете здесь – в городе – у вас будут большие проблемы?
– Никаких проблем. – Анаэль звучно поставила чашку на стол и подалась навстречу Трикси, – Все просто – он у нас не китайский.
– Не китайский? – изумленно уставилась ведьма на Анаэль и для верности даже глянула на Табрис.
Ангелица закивала.
– Он у нас мутант! – пошутила она и заржала во все горло.
Под дверью кто-то упал, но Табрис не подала виду.
– Как мутант? – почти испугалась услышанному ведьма.
– Ну, метис, с очень китайскими, к сожалению, качествами – захихикала Табрис.
– А-а-а – догадливо протянула ведьма и хитро улыбнулась в ответ.
Вот сейчас Трикси стала нравиться ангелице гораздо больше.
– Все же, прошу прощения за вопрос, это было бестактно с моей стороны – заговорила ведьма уже нормальным голосом и вернулась в прежнее положение.
– Да все нормально – беспечно отмахнулась Анаэль.
В комнату вошел Кортес.
Все как-то разом притихли, а ведьма закопошилась в подъюбниках.
С укором посмотрев на Табрис, он сел в единственно свободное кресло сбоку от нее.
– Ну что ж, – хлопнула ведьма в ладоши, привлекая к себе внимание, – спасибо за кофе, булочки были очень вкусные, а теперь… – запустив руку под бездонную юбку, Трикси вытащила на свет толстую пачку денег, – так сказать, для поддержания вашей мотивации.
Пачка плюхнулась на стол и придвинулась Анаэль.
Кортес окинул ее беглым взглядом и коротко резюмировал:
– Здесь пять тысяч долларов, маловато будет. На одни только расходы уйдет… – и он принялся подсчитывать в уме сколько же на них уйдет.
– Это задаток, – пояснила ведьма Анаэль, минуя витающего где-то там полурусала, – по окончанию дела вы получите оставшуюся сумму. К сожалению, сейчас я не могу дать больше.
– Нам и этого вполне хватит – шустро загребла демонесса пачку.
Подобрав юбки, ведьма “очаровательно” всем улыбнулась неполным рядом зубов и, со словами: “Вот и ладненько”, направилась к двери.
Дернула за ручку. Дверь не открылась. Попробовала еще раз. И еще. После шести бесплодных попыток Табрис, притрусившая следом за ней вместе с Кортесом, решилась ей подсказать.
– Она на себя…
Ведьма резко развернулась – красная, растрепанная и явно на взводе.
– Да ну ее нафиг, дверь эту! Я дверьми вообще давно не пользуюсь! – и, вдарив по кнопке портера, исчезла.
Стоит упомянуть забавный фактик, что вместо домашнего уголка попала она в баптистскую церковь на вечернюю службу в стиле “пляски, песни, аллилуйя”.
Вытянувшись, словно по команде “смирно”, Кортес отдал честь пустому месту:
– Ушла по-русски! Быстро и не попрощавшись! – в его голосе сквозило восхищение. – Хороший способ уходить, не считаешь?
Ему никто не ответил.
Обернувшись туда, где стояла ангелица, он обнаружил “ничего”.
– Похоже считаешь… – ухмыльнулся Кортес, – Сделаю-ка я так тоже.
И осторожно, размазываясь спиной по стене, двинулся к телепортационной двери.
Дома Табрис попыталась заглянуть в Золотую Энциклопедию – их очень умную, но крайне своенравную книгу. Здоровенная книжуленция с толстенным кожаным переплетом перемещалась по дому как ей заблагорассудится. Вообще, изначально она была чем-то вроде их настольной книги, где было все – абсолютно все – и они частенько таскали ее с собой в подпространственной нише скорого доступа. Однако, в последние пять лет ее поведение сильно изменилось и теперь, когда от нее что-то было нужно – приходилось изрядно попотеть – для начала вот хотя бы ее поймать.
Когда Табрис ее обнаружила, она вольготно парила по кухне. Зависнув над раковиной, Энциклопедия забугрилась, золотые буквы названия вспыхнули синим пламенем и, отекая, как свеча, изменились на “Где помыться в европейском метро”. Отряхнувшись, как собака, книга с антибуковской обложкой довольно полетела дальше.
Только через пару часов ангелице наконец удалось ее отловить. Книга, на удивление без привычного сопротивления, открыла переплет и послушно перелистнула страницы на нужный раздел. Табрис чувствовала себя победителем – в прошлый раз она послала Кортеса (да-да, сделала это намеренно), так тот вернулся побитый, как после жесткого неравного боя, сказав, что книга отдубасила его по кочерыжке, заднице и он еле раскрыл ее из упора лежа; а пока искал нужную информацию – беспрестанно получал листами по мордасам и еле удерживал коленом разворот, вырывающийся словно рыба.
К сожалению, несмотря на всю доступность материала, по теме артефакта Табрис так ничего и не нашла.
За окном уже темнело.
Лемберг потихоньку погружался в спячку. Машины сновали все реже, людей становилось все меньше, птицы замолкали. Ночь постепенно сгущалась над городом. Тени все больше вытягивались, закрадывались внутрь и исчезали совсем.
Вот на такой поздний вечер они и запланировали собраться в офисе. Доложить о результатах, обмозговать что делать и как им быть дальше.
