Анаэль провела тут целый день, но прямо перед совещанием куда-то исчезла. Придя вовремя, Табрис и Кортес обнаружили помещение тихим, пустым и погруженным в темноту.
Кортес сразу же развалился на диванчике. В обычной жизни он предназначался клиентам и Анаэль не позволяла им пользоваться, если поблизости имелись обычные стулья и кресла, а в офисе они имелись всегда. Но, поскольку строгий босс отсутствовал, Кортес решил воспользоваться шансом потестировать чужое счастье. Оказалось, клиентам не так уж и везло – кожаный диван на проверку оказался очень жестким.
Табрис, разумеется, тоже не преминула его заценить. Суетливо поскрипев пару минут неудобной кожаной обивкой, она все же перебралась в привычное кресло.
– Не знаю как ты, а лично я голодная. Как насчет перекусить, пока не началось наше многочасовое мучение?
Услышав ее, Кортес перестал выискивать комфортную позу и сел на диване ровно.
– Я уж думал не предложишь. – оживился он, – Я тоже нифига не наелся.
– Раз такое дело – пускай один вернется домой и по-быстренькому сварганит что-нибудь на двоих – озвучила вариант Табрис.
Кортес согласился.
Они бросили жребий “камень-ножницы-бумага”, и именно ему выпало быть поваром. Он, естественно, повозмущался, а потом вспомнил – Табрис же совершенно не умеет готовить, а если и готовит, то так, что лучше бы она этого не делала, элементарно жалко продукты.
– А знаешь, без проблем, я сам все сделаю – сказал он и исчез в телепорте.
Через десять минут он позвонил Табрис по мобильному. Она даже начала беспокоиться что так долго, мало ли его телепортировало на другой конец света. Оказалось, в холодильнике особо ничего не было, но он – гениальный повар и смекалистый парень – все же умудрился приготовить холодный суп с любимым удоном из оставшихся ингредиентов.
– Отлично, тащи сюда кастрюлю! – облизываясь и потирая ладошки, скомандовала ему ангелица.
– Зачем? – удивился Кортес, – Она же тяжелая!
– Еще положишь себе как обычно больше… – бойко парировала Табрис. Ну а что, это было фактически задокументированной правдой.
Кортес принес. Кряхтя, как старый дед с артритом.
Еле нашарил в темноте стол, поставил кастрюлю, чуть ее всю не расплескав. Пошел к переключателю. Включил свет, на что сразу удостоился шика:
– Выключи! Я ж специально так сделала.
– Это для чего? – поинтересовался недалекий полурусал, – У нас тут итак еле силуэты угадываются.
– Да чтоб не палиться в случае чего, болван! – бросила в него ангелица шипчатый массажный мячик, – Она ж когда придет, свою часть запросит, а мы с ней делиться хотим? Не-е-т. Вот и подумай. Так может хоть что-то спрятать успеем.
– А-а-а, точно… – выключил Кортес свет.
Таким же макаром – на ощупь – добрался до своего места, взял половник и налил себе порцию. Уже тогда ему показалось, что в кастрюле осталось явно меньше половины содержимого, но он слишком хотел есть, чтобы вступать в перепалку. Взяв палочки, втянул носом аппетитнейший запах и, через несколько мгновений, они оба уже жадно уплетали удон за обе щеки. Не отвлекаясь и не разговаривая.
– Вкусно-то как! Недаром мы тебя все-таки держим, хоть в чем-то от тебя есть толк. – прочавкала Табрис, вычищая свою тарелку.
– Будем фчитать это компфлиментом – с набитым ртом отозвался Кортес.
Прожевав остатки удона, он глянул на сверкающую тарелку ангелицы. По ходу она ее даже облизала.
– Ума не приложу, и как в тебя столько влезает? Ты ж такая худышка-коротышка. Это все ваши «ангельские штучки»?
– Да нет. – ответила польщенная Табрис, – Просто не всем так везет с генетикой. Некоторых ангелов так разносит на американских бургерах, мама не горюй, их потом назад на Верхнюю Землю не пускают пока не похудеют.
Кортес как представил эту комичную ситуацию на пропускном пункте с мизантропом Петром в качестве фэйс-контроля – зашелся звонким смехом.
Вдосталь наговорившись и наевшись, перед ними очень скоро встал вопрос – кто будет относить все назад.
– А что я-то опять? – горячо возмутился Кортес под “как бы само собой разумеющимся” взглядом Табрис.
Он, как человек приготовивший еду, твердо стоял на принципе своей неприкосновенности. И ни один шантаж ангелицы его не пронимал.
А время все шло… Вот нервы Табрис и не выдержали – она покидала тарелки в кастрюлю, схватила ее под подмышку и пулей выскочила из офиса. Сделала она это очень вовремя – буквально через минуту как она прибежала назад появилась Анаэль.
Спросила чего это они тут конспирируются в темноте и включила свет. Кортес прикрыл глаза рукой, а Табрис довольно достоверно защурилась со словами:
– Мы только пришли.
– Очень хорошо – ответила Анаэль и, желая скорее миновать потенциально скользкую тему, прошла к креслам.
Кажется, все проканало.
В результате довольно длительного разговора дело ведьмы единодушно было признано тупиковым. От него решили отказаться пока не поздно, поскольку грозили не только финансовые неустойки в связи с несоблюдением сроков (впрочем, именно они и подливали масла в огонь – до этого Отделу еще не приходилось иметь дел с ограничением по времени), но и потеря репутации. Особенно тяжело с этим было смириться Анаэль.
