– Чувствую вам там весело, – поняв, что она снова на связи, сказала Анаэль, – Смотри только не убей его!
– О, не беспокойся, он мне живым еще пригодится – у него тут такой бассейн и кулинария всех стран мира…
– Так, я смотрю ты там совсем о работе не думаешь? Филонишь?
Ангелица постаралась ответить как можно тише: “И как можно думать о такой рутине, находясь в столь прекрасном особняке и в настолько сумасшедшей компании…”.
Ее-то слухастая демонесса расслышала, а вот возмущенное кряхтение Джонни осталось «за кадром».
– Как знаешь, но срок, установленный заказчиком, скоро истекает.
– Да знаю я, знаю… – разобрало ангелицу раздражение при непрошеном напоминании, – Кстати, у нас тут, собственно, одна наводочка появилась – стопроцентный верняк!…
– Какая еще наводочка?! – на повышенных тонах прервала ее Анаэль, – Ты должна была допросить Дурнопахова и получить от него четкие ответы. Табрис, – голос демонессы сделался жестким, как металл, – что произошло?
Ангелица тяжко вздохнула, обреченно причмокнула и, запинаясь, нескладно ответила:
– Ну,… я, гхм,… Я его упустила…
– О! – раздалось в трубке короткое восклицание, – Ты его упустила… Просто прекрасно…
Почуяв начало бури, амур предусмотрительно смотался из комнаты, шепотом сославшись на острую необходимость проинспектировать съестные запасы или то, что от них осталось.
– Упустила?! – взорвалось в трубке, – Как ты могла! И что, блин, теперь нам делать?! Дьяволосус Дамбасович тебя побери, так мы точно завалим дело – мы не уложимся в срок… Значит так, – немного подумав, приказным тоном произнесла демонесса, – в лепешку расшибись, хоть в гроб ляжь, а результат чтобы был. И как можно скорее. В срок. А иначе…
Слушать что «иначе» Табрис не хотелось – она и так все знала – ничего хорошего «иначе» ее не ждало.
– Если ты поможешь мне с наводкой, то все будет «ок» – вставила ангелица, не дожидаясь разъяснения угроз в свой адрес.
– И что это за наводка? – лениво поинтересовалась Анаэль.
– Ну… – Табрис замялась, в ее голос пробрались неуверенные нотки. – Надо выяснить название кладбища… И всех делов!
– Подтверждаю! – громыхнул из ниоткуда амур, – «И всех делов» – повторил он за ангелицей.
– Эй, какого лешего!? – изумилась Табрис, – Ты здесь вообще откуда?
– Да я из соседней комнаты; мне стало жутко любопытно что за разговоры у моих коллег. Вы извините, продолжайте.
– Какие мы тебе коллеги? – возмутилась демонесса.
– Ну, я, вроде как, минут пятнадцать назад стал вашим внештатным сотрудником – без тени скромности заявил амур, разом выдав всю подноготную.
– Просто отлично… – выдохнула в трубку Анаэль. Было слышно как она смачно шлепнула себя по лицу. – Еще и этот смазливый блондинчик неизвестного происхождения, как кирпич на голову…
– Не надо! Я вполне конкретного происхождения! – сумничал Джонни, – Мой род насчитывает… – тут он ненадолго примолк. Все же вдаваться в подробности родового экскурса ему не стоило, ибо он сам же в нем постоянно и путался (надо сказать, у него еще со школы была проблема с датами, оттого “околоисторическая” тематика по жизни вызывала у него затруднения и крайне противоречивые чувства).
Пока он отчаянно вспоминал дату рождения своего седьмого пра-пра-прадеда, Табрис уже услышала мнение Анаэль о своем новом коллеге.
– Он че, тупой?
– Да нет, дурит маленько. Но это пожизненный диагноз, так как блондин он натуральный.
– Вспомнил! – радостно раздалось в трубку, – Ой, не то. В общем, мно-о-го насчитывает.
– Что, старческие повадки уже начинают проявляться? Чай двести-то годков не двадцать! – решила отыграться на амуровском склерозе Табрис.
Но нарождающегося в ней тролля лихо задавила Анаэль, как обычно, одним своим метким высказыванием:
– Я здесь вместо декора что ли?
Пришлось немного извиниться. И вернуться к теме – то есть, к кладбищу.
– Подожди, сейчас в телефоне гляну. – лаконично отозвалась демонесса после всех объяснений, – Заодно вытру его от кофе.
Трубку положили. Включили громкую связь. Затем завозили, и динамик разразился противным скрежущим шуршанием. Табрис скорчилась от звука. Слава богу, долго он не продлился – раздалось раздраженное: “Твою ма-а-ть”, после чего, предмет, попавший под горячую руку, пихнули и тот, звучно въехав в стену, разбился на тысячи осколков.
Оба стража сверхъестественного порядка возгласили:
– Аминь!
Затем установилась пятиминутная тишина (которую, к слову, никто не решился прервать) и Иисус наконец явился народу.
– Нашла. – обозначилась Анаэль, – Кладбище, которое ближе всего к центру города и при этом достаточно старое, это-о…, – тут ее внимание куда-то утекло и она забормотала: – Пивопад… ха, какое забавное название… надо будет как-нибудь сходить в это заведение…
– Анаэль! – вернула ее «на землю» Табрис.
– Да-да.
– Джонни, ты записываешь? – поинтересовалась у амура ангелица.
– А мне что, кто-то говорил?
– Я тебе сейчас это говорю! У меня руки заняты. – ей было откровенно влом.
– Веский довод, а у меня нет!
– Пиши давай!
– Ла-а-дно – удрученно повиновался амур.
Название произнесли, а вот реакции от амура никакой не последовало.
– Ты записал?
