– Вообще, молодость хотел он, – продолжил уже Дурнопахов, – а я надеялся, что исполнится мое желание – вернуть всех родственников, сгинувших от рук Отдела регуляции в Трансильвании. Они там провели нехилые работы по снижению численности моего весьма плодовитого преступного рода, что впоследствии даже отразилось на демографии всего нашего вида. К сожалению, желание Мазохера, по ходу, оказалось сильнее моего и вчистую его перебило – вот он и омолодился сверх меры.
– И нисколько об этом не жалею. – вновь взял слово вампир, – Перед тем что грядет нам всем нужны силы, да и долгая жизнь в новом мире не помешает.
– В каком еще новом мире? – напряглась Табрис.
– В мире после Революции! – ликующе произнес вампир, – Да-да, – злорадно продолжил он, видя выразительную реакцию ангелицы, – готовится вторая Революция – будет бойня и все наконец станет так, как и должно быть – сильные будут править слабыми, сверхсущества будут господствующими на Средней Земле, а слабые и ничтожные людишки станут нашими рабами!
– Что за демонские замашки? В самом деле, вы же знаете, что стало с бунтарями первой Революции. Демоны, некроманты, нежить, ведьмы – все они хотели заявить о своем существовании и доминировать над людьми. Их восстание было разбито, движение подавлено, а война проиграна.
– Да, но дело осталось жить вечно!
– Ой, я тебя прошу, – отмахнулась Табрис, – это просто потому, что все они несусветно высокомерны и кичатся своим могуществом.
– Нет! Потому что это неправильно – это против законов самой природы. Люди должны нас бояться и почитать. Мы должны быть у власти, подчинить себе человечество и установить свои правила! После первой Революции об этом не принято было говорить, на это наложили табу – дескать, все урегулировано, никаких стычек, кругом лишь тишь да благодать, все довольны, но это не значит, что все было забыто. Группировка объединила тех, кто не забыл, кому не все равно. И таких много. Они приходят из самых разных уголков мира, с разным прошлым и самым разным недовольством. Вот ты знала, что в Трансильвании сто человек на одного вампира – люди повсюду, но их трогать нельзя, а нам помирать можно? Что за несправедливость такая, как любят верещать людишки на каждом углу. Мне уже надоело вчерную работать на станциях переливания крови и из безвыходности перебиваться гнусными подработками в мед. учреждениях. Хватит, пора выйти из тени! Именно ради результата мы сюда и приехали.
– Ну понятно. – пробурчала под нос ангелица, – И в центре сверхсуществ вы, естественно, по прибытии не регистрировались. Потому-то и найти вас было так сложно.
– А ты догадливая. – услышал ее вампир, – В Группировке тоже, знаешь ли, не дураки сидят – никто из нас там не числится. Нас как бы и не существует – мы все нелегалы.
– Интересно как так… А как же местные, кто примкнул к вам совсем недавно или из числа завербованных – они то в свое время регистрацию проходили как и все?
– Скажем так, – голос Мазохера сделался тише, – если потребуется, у нас есть тот, кто может стереть всех из системы, мисс ангелица из Отдела регуляции. И даже сделает это по закону.
– Очевидно, это тот, кто финансирует и направляет вашу Группировку, я права?
Ответом ей было молчание.
– Значит права. Ну же, кто это? – нетерпеливо спросила Табрис. Ощущение близости к отгадке будоражило кровь.
Глаза ангелицы широко раскрылись, в них появился блеск – смесь азарта и хищничества.
Поняв, что их вконец прижали и деться им некуда, Дурнопахов атаковал первый.
Схватка была зрелищной. Прибавивший в силе и скорости, оборотень весьма удачно и точно наносил удары. Ангелице приходилось немало попотеть, чтобы уворачиваться от них. Жаль, создать клонов он не мог – нестабильность сил вследствие магического омоложения этого просто-напросто не позволяла – срок их жизни варьировался бы от одной до трех минут максимум, плюс, он был бы полностью истощен, что никак не являлось залогом победы. Ангелица весьма умело использовала свои крылья в защите, но с ними же она была и менее проворна. Ему даже удалось повредить одно ее крыло, правда, на эффективности боя это почему-то нисколько не отразилось. В маленьком помещении у нее не оставалось весомых преимуществ перед ним – пистолеты тут были попросту лишними, однако, несмотря на все, на ее стороне была какая-то поистине берсерковская выносливость и упорство.
Ангелице удалось отнять свиток. Причем совершенно случайно. Она выбила его крылом из рук ванильного Мазохера в пылу драки с оборотнем. Они так яростно сражались, клубком перемещаясь по всему пространству, что вампиру только и оставалось что обтирать стены. Все, что ей следовало сделать – заметить неуклюжее движение краем глаза и, не давая Мазохеру опомниться, схватить свиток первой. Что она и сделала.
Драка разом прекратилась. Причем инициатором этого выступил сам оборотень. Он метнул испепеляющий взгляд на вампира, а после посмотрел на свиток в руке ангелицы.
– Не вижу смысла продолжать – сурово сказал он.
– Аналогично. – согласилась Табрис, – Просто смиритесь со своей участью, потому что теперь вы точно задержаны.
