Не выдержав удара, полка треснула и книжки посыпались вниз. Затем рухнула нижестоящая полка, и так далее до самого низа. А после, шкаф и вовсе накренился, задев впереди стоящий стеллаж, который так же повалился вперед.
Вбежавший на громкий звук черт раскрыл рот от изумления, а затем… громко загоготал, увидев в развале знакомый кожаный переплет.
***
Никогда еще прежде Мазохер с Дурнопаховым не выполняли подобные миссии. Разрушить там, ограбить, убить, шантажировать – это пожалуйста, а чтоб вот такие квесты – найти потайную дверь, ведущую к непонятно какому источнику, да еще в темном склепе – это нет.
– Этот дурацкий свиток явно устебывается над нами – Дурнопахов попытался его разорвать, но свиток лишь лениво растянулся.
Заинтересовавшийся вампир глубоко продавил его пальцем.
– Надо же, он что, из латекса? Или это синтетика такая продвинутая?
Псевдо-бумажка жалобно скрипнула.
– Это мозги у тебя из латекса! – убрал от него свиток Дурнопахов, – Нам по нему еще искать.
А поиск, надо сказать, шел не важно. Оборотень чувствовал, что не долго сможет поддерживать свое обличие (полнолуние все-таки нещадно взывало к волчьей натуре), да и ночь близилась к концу.
Уже порядком слетевший с катушек Мазохер заглядывал за все углы, во все ниши и дырки. С папироской в зубах, он вопрошал: «Есть ли тут мои родственнички?». Разумеется, кубинским добром он разжился там же, где и всем остальным – под своим подолом. Чего только в его личном подпространстве не было (любил он накопительствовать); вот по ошибке-то он и достал, и курил вместо папиросы вытащенный оттуда забористый косяк.
– Слышь, братишка, – обратился он к Дурнопахову, – я тут, кажись, дверь вижу. Ток она чуток кривая. А ваще нет… она не одна – их тут десятки!
Глаза вампира то косили, то сбивались в кучку, то снова разбегались.
Оперевшись о какой-то выступ, он добросовестно принялся считать их количество.
Дурнопахов был не просто зол – он был взбешен, и, если бы это было возможно, то забил бы кое-чьей черепушкой такой пенальти для отвода души, что Бэкхем сгорел бы от зависти на скамье запасных.
– Ты ж не куришь! – язвительно высказал он Мазохеру.
– Да?! – вопросительно вперился взглядом вампир куда-то сквозь него, – Блин, но так вставляет… Жесть!
Дурнопахов в сердцах грохнул кулаком по стене.
– Твою мать!
Не успел он отнять руку, как в стене что-то запищало, а затем проинформировало: «Пароль принят. Доступ открыт. Повторяю, доступ открыт. Скоро вы будете перемещены. Если не хотите ждать – нажмите красную кнопку».
На уровне пояса оборотня выскочила кнопка, смахивающая на ракетный пуск (даже под такой же крышечкой).
От греха подальше Дурнопахов решил ничего не трогать, и лишь ухватил за рукав Мазохера, чья шальная сухонькая ручка уже тянулась исследовать новоявленный объект.
Три… Два… Один.
Пол под ними пропал, и невольные естествоиспытатели полетели вниз с дикими воплями.
***
Стряхнув с себя паутину, кусочки земли и вставив плечо на место, Дурнопахов осмотрелся куда же их занесло.
Помещеньице было маленькое, тесное, аскетичное. В наличии имелось: каменные стены, тетка (то есть, статуя в форме какой-то полной тетки, чью расовую принадлежность разобрать было весьма трудно) и… все. Собственно, именно на эту тетку Мазохер и приземлился. Его глаза пару раз прокрутились в орбитах, после чего он медленно сполз на землю. Выглядел он диковато – порванный во время падения балахон добивался общим видом «а-ля вышел из турбины».
– Странное местечко. – резюмировал он, ознакомившись с местностью, – И тетка страшная.
Поправив скрюченный от турбулентности косячок, Мазохер подошел к оборотню.
– Братишка, давай еще раз так зашурасимся?! Меня проперло! Как аквапарк, ток шифер рвет вчистую!
Дурнопахов из его слов вообще ничего не понял, а потому политкорректно воздержался от каких-либо комментариев и просто отошел в сторонку.
Контрольно посмотрев еще раз на статую и на свиток, он вопросил каменную тетку: « Ну и что это за бункер?».
Услышав «бункер», вампир с криками бросился на стены:
– Замуровали демоны!… Врагу не сдается наш гордый Варяг!
Поскольку приступ твердых поверхностей так ничего и не дал (несмотря на все буйство и упорство), вампир влетел в тоннель, откуда они только что с ветерком приехали, и попытался вскарабкаться по нему наверх.
На двадцатый раз Мазохер опять скатился вниз и уныло подошел к Дурнопахову.
– Отпустило наконец? И не надоело труселями светить?
Вампир кивнул и сделал большие грустные глаза.
Дурнопахов натянуто улыбнулся.
Если бы не та ангелица, – развивал он про себя удручающую мысль, – которая меня, паршивка этакая, магически натурально обесточила, я б тебе мозги-то быстренько бы вправил, и ей заодно…
Пока оборотень пребывал в сладостных мечтаниях, сверх меры любопытный по накурке нос Мазохера успел побывать и в свитке.
– Lord of barren land give me a power8 – по слогам прочитал он.
Дурнопахов очнулся слишком поздно.
***
Повсюду валялись куски камней, мощным взрывом вырванные из стен, а на месте палеолитической тетки зияла нехилая яма, эдак метра на три в глубину.
