Вокруг беснуется ярчайший гремящий хаос: образы рушатся в мозг лавиной, стучат молотом в барабанные перепонки звуки. Накатывает ужас: что я, где?! Меня бросает щепкой в океане, выкинет вот-вот обратно, во мрак и пустоту.
Я сосредоточился, напряг последние силы и различил наконец:
– …чать восстановление на молекулярном уровне! – долетел издалека женский голос, чистый и звонкий.
Странно знакомый…
Голос продолжил звенеть радостно, будто весенняя капель:
– Вывести остаточные криопротектирующие вещества за пределы организма… проверка жизненных функций, состояние: выполняется… системы жизнеобеспечения: кровеносная… ввести питательные вещества…
Ощущаю, как постепенно возвращается жизнь: кровь бежит по жилам быстрей и быстрей, разносит к органам животворные соединения. Тело обретает вес. Все еще не в силах пошевелиться, но чувствую, как тает и исчезает само воспоминание о бесконечном ледяном плене.
Только перед глазами размытое пятно, ничего не разглядеть…
– Нервная система: проверка проводимости нейронов… эндокринная регуляция в норме… сканирование внутренних органов…
Наконец голос объявил торжественно:
– Проверка завершена! Жизненные показатели в норме.
Яркий дивный свет пролился на меня серебристым дождем. Лучи будто прошли насквозь, высветили каждый уголок оживающего организма. Кто-то невидимый склонился надо мной и произнес:
– Добро пожаловать в жизнь!
Чудесное кресло из неведомого материала держит бережно, будто ребенка. Подстроилось под каждый изгиб тела, гибкое, как живое. В теле приятная слабость: можно без зазрения совести развалиться и наслаждаться. Ощущать себя живым! Так странно: слышу каждый удар сердца, кровь толчками проносится по сосудам. Вот шевельнулись внутренности, улеглись поудобней. Живой, живой!!
Валяюсь вот так, один посреди громадного зала. Вдоль стен тянутся ярусы странной аппаратуры: мерцают десятки дисплеев, индикаторные огоньки бегут вереницами. Зрение теперь орлиное – различаю все кнопочки и детали. Но главное увидит и слепой…
Шагах в двадцати висит над полом огненная сфера, метра три в поперечнике. Лучится синим светом, как маленькое солнце. Еле заметное вращение, подрагивает поминутно. Будто и впрямь – карманная звезда.
Плазмоид резко замер, на миг показалось: смотрит на меня пронизывающим взором. Под сводами разнеслось:
– Господин Сергеев! Приветствуем вас в посткрионическом реабилитационном центре. Здесь вы получите помощь, необходимую для восстановления после криостаза. Также мы позаботимся о вашем безболезненном вхождении в мир, где теперь оказались. Добро пожаловать в жизнь!
Голос идет отовсюду разом, но ничто не развеет уверенность: говорит именно Сфера. Плазмоид помедлил чуть и добавил:
– Если у вас есть какие-либо вопросы, можете задать их прямо сейчас.
Я выпрямился в кресле, качнулся от слабости, но умное сиденье среагировало мгновенно: позади ощутил твердую опору, спинка даже деликатно придержала за плечи.
– Ну… эээ… первым делом – кто вы?
Сфера замерла на секунду, сбоку вырос небольшой протуберанец, тут же втянулся обратно. Плазмоид произнес:
– Называйте меня Карилад. Я внутренняя контрольная система Центра. Комбинированный энергополевой компьютер, если это может быть вам понятнее.
– Искусственный интеллект?
Пауза.
– Думаю, неверно называть меня так. Хотя тест Тьюринга я бы прошел.
Я медленно кивнул.
– Хорошо, Карилад… Не мог бы ты рассказать подробнее, что представляет собой ваша система реабилитации? И какое время займет моя подготовка… к выходу во внешний мир?
– Трудно сказать: сроки сильно различаются в конкретных случаях. Вам предстоит два курса восстановления: физический и ментальный. Первый сводится к медицинским процедурам, стимуляции некоторых функций организма, диете и физическим упражнениям. Ничего обременительного. В вашем организме сейчас курсируют с обменными потоками миллионы специальных устройств – наноботов. Именно они восстановят микроструктуру организма: клеточную и на уровне тканей. Основная работа на них. Но что касается ментального курса… Здесь возможны непредвиденные трудности.
Я насторожился.
– Трудности? Какого рода?
– Вы знакомы с понятием футурошока, Алексей Сергеевич?
– Шок будущего?
– Именно. Наша задача подготовить вас к переменам, ожидающим Вовне. Потому с некоторого момента вам начнут дозированно выдавать информацию о внешнем мире. Пусть вас не смущает такой подход: это необходимость… Однако возможны и иные проблемы.
Я взглянул вопросительно, Карилад пояснил:
– Господин Сергеев, мне не очень удобно вас об этом спрашивать… тем более нам это станет известно так или иначе… Вы не испытываете сложностей с какими-либо мыслительными процессами? Например, с памятью?
Я вздрогнул, где-то в животе будто вновь намерзла ледяная глыба. Голос задрожал, я выдавил:
– Эт-то… это серьезно?
Карилад ответил с сочувствием:
