7 мая 1925-го, находясь в комнате чекистов (на 5-м этаже), после прогулки с ними в Царицыно, Савинков неожиданно бросился к открытому окну и выбросился на камни. До сих пор неизвестно, прыгнул он сам или ему «помогли». Мог прыгнуть и сам — для этого «адреналинового наркомана» мучительно было даже думать про «бездеятельные» годы в тюрьме.
Из всей этой истории следует, что и эсеры, и «зеленые» поступали принципиально так же, как и белые.
Что же до Опперпута, то, замазав по самые уши в «Синдикате-2», его использовали еще и в «Тресте».
Уже нам, близким потомкам героев этой книги, бывает трудно их понять. Тем более, трудно будет понять нашим потомкам. Как ни странно, понять проще явных авантюристов типа Опперпута — от них во все времена было понятно, чего ждать. А вот логику людей как раз серьезных, ответственных и умных понять трудновато… Потому что все участники событий видят реальность искаженно: сквозь призму своих представлений, как «должно быть».
Идеология — это ведь и есть способ истолкования реальности в желательном для себя духе. Коммунисты вбили себе в голову, что прям завтра весь мир кинется делать мировую революцию… Их очень легко было убедить, что революция и правда начинается. Любое шевеление в любой стране Европы истолковывалось «по Марксу».
А враги красных, что белые, что зеленые, искренне верят, что прямо завтра в России начнется антикоммунистический бунт и народная революция. Потому умные, опытные, проницательные Кутепов и Савинков так легко покупались на слухи об антисоветских организациях в СССР. Им казалось невероятным не то, что такие организации есть, а как раз то, что их нет. Не могут же народные массы не проникнуться их идеологией!
Да здравствует воля пролетариев всего мира: Земшарная республика советов!
Я другой такой страны не знаю,
Где так вольно дышит человек!
В СССР учили, что Гражданская война окончилась в ноябре 1920 года. В тот самый момент, когда Русская армия Врангеля на 135 кораблях вышла в море, навсегда покидая Россию. И тут же начинали рассказывать о войне с крестьянскими повстанческими армиями. И о борьбе с «внешней и внутренней контрреволюцией».
Конечно, Гражданская война могла и кончиться в 1920-м, если бы большевики не ставили себе цель такого грандиозного преобразования всего Мира. Но в 1920-м коммунисты не только не достигли своих целей, а были только в самом начале пути. Ведь чем масштабнее цель революционеров, тем больше у них врагов. Тем больше людей «придется» убить и по дороге к власти, и придя к власти.
В сущности, кем были коммунисты в ноябре 1920 года? Самозваным, никем не признанным «правительством» вконец разоренной, дичающей и нищающей страны. Коммунисты никогда не заключали никаких договоров с белыми правительствами и армиями. За границу ушли вооруженные враги Советской власти.
В пределах России оставались целые крестьянские армии. Они тоже никогда не соглашались признать советскую власть и не заключали никаких договоров с коммунистами.
Тем более, никаких договоров не заключали с большевиками ни анархисты, ни меньшевики, ни эсеры. Они считали большевиков узурпаторами власти и готовы были воевать с ними.
В ходе Гражданской войны от Российской республики, провозглашенной в сентябре 1917 года, отделились почти все страны, когда-либо захваченные Российской империей. Страны Запада признавали законными правительства этих стран, если они были некоммунистическими. 30 держав признали Украинскую державу гетмана Скоропадского, но никто не признавал ни Украинскую Директорию Петлюры, ни краснорозовую Центральную раду, ни Советскую Украину, ни «правительство» Махно.
Большевики заключили договоры со многими из них, особенно если это нужно было для победы. Мирный договор с большевиками Эстония купила ценой уничтожения СевероЗападной Белой армии Юденича и мирного населения, отступавшего вместе с ней.
Большевики были готовы в любой момент нарушить эти договоры. Они легко нарушили договор с Грузией и оккупировали эту страну. Восстание 1924 года они подавили с невероятной жестокостью. Они повторно завоевали Казахстан, Кавказ и Среднюю Азию. Только нехватка сил помешала им завоевать Польшу, Финляндию, Эстонию, Латвию, Литву, Молдавию.
Вот уже как минимум четыре направления Гражданской войны, продолжавшейся и после 1920-го, и после 1922 года:
1) с белыми армиями;
2) с «зелеными» крестьянскими армиями;
3) с политическими врагами, социалистическими партиями и их вооруженными силами;
