Мы говорим часто, что необходимо ограничить эксплуататорские поползновения кулачества в деревне, что надо наложить на кулачество высокие налоги, что надо ограничить право аренды, не допускать права выборов кулаков в Советы и т. д. и т. п. А что это значит? Это значит, что мы давим и тесним постепенно капиталистические элементы деревни, доводя их иногда до разорения. Можно ли предположить, что кулаки будут нам благодарны за это и что они не попытаются сорганизовать часть бедноты или середняков против политики Советской власти? Конечно, нельзя.
Не ясно ли, что все наше продвижение вперед, каждый наш сколько-нибудь серьезный успех в области социалистического строительства является выражением и результатом классовой борьбы в нашей стране?
Но из всего этого вытекает, что, по мере нашего продвижения вперед, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться…
………………..
Не бывало и не будет того, чтобы отживающие классы сдавали добровольно свои позиции, не пытаясь сорганизовать сопротивление. Не бывало и не будет того, чтобы продвижение рабочего класса к социализму при классовом обществе могло обойтись без борьбы и треволнений. Наоборот, продвижение к социализму не может не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному обострению классовой борьбы»[194].
Речь Сталина — и оправдание, и целая программа Гражданской войны. Это особая Гражданская война: она не нужна для захвата или удержания власти. Никакие вражеские армии белых или зеленых СССР не угрожали. Красная Армия была в состоянии разгромить любую армию, равную по численности армии Колчака или Деникина, или любой коалиции зеленых и белых вместе с казаками и Махно.
Это была особая Гражданская война: за воплощение в жизнь коммунистической утопии. Она шла за преобразование России в духе «построения социализма».
Мне доводилось сравнивать Наполеона и Сталина…[195] Оба — порождения революции. Оба прагматики. Оба — невероятные честолюбцы. Оба — инородцы: что корсиканец Наполеон, что грузин Джугашвили. Оба начали со служения революционерам, а потом искоренили революционеров и создали свои империи.
Разница в том, что Наполеон произнес ровно через десять лет после начала Французской революции: «Революция закончена». А Сталин в 1927 году ничего подобного не сказал. Вместо этого он произнес приведенную речь. Логика его речи 1928 года проста и понятна…
Действительно: если «революция закончена», то и революционное насилие уже не нужно. И никакой «классовой борьбы».
Вот если власть начнет кардинально преобразовывать всю жизнь крестьянства: десятков миллионов «неполноценных граждан» СССР, то они будут сопротивляться. И с ними придется вести борьбу… Как с немцами, не признающими нацизма. Как с американцами, не признающими реформ Рузвельта.
Речь ясно показывает: Сталин хотел построить коммунизм. Вопрос — каким образом строить?
Коммунисты знали два способа такого «построения»: самодеятельность революционных масс и создание политической и военной машины. Первый способ уже показал свою несостоятельность. «Массы» слишком часто оказывались ненадежны, ветрены, и вообще слишком часто думали не так, как вожди. Гражданскую войну 1917–1922 годов выиграла не добровольческая Красная Армия образца декабря 1917-го, а боевая машина, созданная Троцким к лету 1918-го.
Социализм слишком четко обретал облик государства-машины, тоталитарного государства «винтиков». Был случай, когда И.В. Сталин выпил, подняв тост «за винтики». Вряд ли это было издевкой или даже проявлением неуважения. Вождь всех народов вполне искренне отождествлял свое государство с механизмом.
И потому Гражданская война в СССР в 1930-е годы шла по двум, казалось бы, прямо противоположным направлениям:
1) борьба с революционной вольницей;
2) построение тоталитарного государства и уничтожение крестьянства как сословия, недостаточно зависимого от красных.
Одно поддерживало другое. Оппозиция уничтожалась для того, чтобы «правильно» строить социализм. Строя социализм, сталинисты доказывали, что правы они, а не оппозиция.
В 1926 году «линия Троцкого» начала клониться к закату.
А ведь на Коминтерн и подготовку Мировой революции уходили основные деньги и силы! А все внутри СССР, включая даже и Красную Армию, на глазах приходило в упадок.
Специальная комиссия ЦК 1924-го обследовала Красную Армию и вынесла вердикт: «Красной Армии как организованной, обученной, политически воспитанной и обеспеченной запасами силы у нас нет».
Вместо Красной Армии были бравые песни, типа «Белая армия, черный барон», музыка Самуила Покрасса, слова Григорьева.
