И до ОУН стало кооперативное движение, антиалкогольные и антитабачные кампании, призывы не приобретать водку и табак в магазинах. Ведь магазинами владели в основном поляки и евреи, и за эти товары платились налоги польскому государству. Пусть украинцы гонят самогон и продают его другим украинцам! Пусть они сажают табак-самосад и курят его из самодельных глиняных трубок! Лозунг «Свой к своему за своим!» — появился еще до Бандеры. В общем, подрыв табачной и алкогольной монополии. Пропаганда национализма, а заодно и самогоноварения.
По инициативе министра внутренних дел Польши Б. Перацкого Вторая Речь Посполитая начала политику «пацификации», то есть умиротворения Галиции и Волыни.
Исходило правительство из принципа коллективной ответственности. Более чем в 800 «неспокойных» селах ввели подразделения польской полиции и даже армии, поголовно разоружили крестьян. В этих «замренных» деревнях организации польских националистов избивали украинскую молодежь, устраивали погромы.
50 человек убили, 4 тыс. ранили и покалечили, 500 украинских домов сожгли. Украинские организации закрыли. Украинские депутаты сейма, чтобы не допустить их участия в выборах, были помещены под домашний арест.
Под суд отдали 909 украинцев, включая 5 депутатов сейма. Если в 1929 г. доля «украинских» политических процессов достигала 22,5 %, то в 1930-м — 33 %, в 1933-м — 68,3 %. В совокупности было вынесено 4 смертных приговора, 13 пожизненных заключений, 1215 лет строгой тюремной изоляции.
Украинцы обратились к мировому общественному мнению. В 1932-м Лига Наций осудила действия польского правительства по отношению к украинскому населению. Но если разобраться, именно Лига Наций и отдала Украину Польше.
Вскоре министр внутренних дел Польши Славой-Складовский говорил: «Если б не пацификация, то в Западной Украине мы имели б вооруженное восстание, для подавления которого необходимы были бы пушки и дивизии солдат».
Более чем вероятно, так и есть. Но если бы польское правительство не боролось с собственными подданными, и пацификации было бы не нужно.
Актом мести за «пацификацию» стали убийства 63 человек, в том числе 36 украинцев, обвиненных в сотрудничестве с «ляхами».
В числе убитых украинцев — профессор, директор Украинской государственной гимназии Львова Иван Бабий. 27 августа 1934-го его застрелили, чтобы не смел проповедовать лояльность к властям и совместную жизнь украинцев и поляков.
«Революционный трибунал ОУН» приговорил к смерти студента Я. Бачинского, которого подозревали в связях с полицией. 31 апреля 1934-го он был застрелен боевиками ОУН. 12 мая 1934-го C. Бандера организовал подрыв издательства левой газеты «Праця» («Труд»), который поручили молодой львовской студентке. Одновременно был начат индивидуальный террор против местных коммунистов. Вместе с главами семей убивали их жен и детей — чтобы не оставалось свидетелей.
Словом, истреблялись украинцы, не желавшие убивать поляков и воевать за власть Коновальца и Бандеры.
Убийство Бабия осудили все легальные украинские партии. Митрополит Шептицкий писал в легально опубликованной статье: «Нет ни одного отца или матери, которые не проклинали бы руководителей, которые ведут молодежь на бездорожье преступлений». «Украинские террористы, которые безопасно сидят за границами края, используют наших детей для убийства родителей, а сами в ореоле героев радуются такому выгодному житью».
Романтический образ «борца за свободу» создавался с 1921 года. Теперь он оказался изрядно подмоченным.
Среди поляков 29 сентября 1930 г. в Трускавце в номере лечебницы был застрелен и добит кинжалом бывший директор Восточного департамента МИД Польши Тадеуш Голувко: руководитель Беспартийного блока сотрудничества с правительством. Был он сторонником примирения с украинцами — видимо, этим и опасен.
В 1932-м ликвидировали комиссара полиции Львова Е. Бачинского.
В сентябре 1933-го ОУН провела «школьную акцию»: проинструктированные боевиками ОУН подростки в школах отказывались понимать и отвечать по-польски, кричали учителям «Убирайтесь в Польшу!», выбрасывали из здания школ государственные символы и портреты Пилсудского. А что делать с детьми лет 14–16? Не сажать же их за хулиганство.
В 1934 году жертвами терактов стали трое полицейских, пытавшихся завербовать агентов в среде ОУН, а также и трое старост, проведено два взрыва в общественных местах.
15 июня 1934 г. в центре Варшавы боевик ОУН Григорий Мацейко по кличке Гонта убил министра внутренних дел Польши Бронислава Перацкого — явная месть за «пацификацию».
Это убийство дало Польше повод выступить на Лиге Наций с предложением международной борьбы с терроризмом… В том числе запретить предоставлять политическое убежище для террористов. Сидя в Женеве, то есть уже имея международное убежище, Евгений Коновалец запретил теракты на территории Польши. Но кто его слушался?! Шухевич говорил, что может слушаться только непосредственного начальника, С. Бандеру. А Бандера сидел в тюрьме и ничего приказывать не мог.
