Я закашлялась. Труднопроизносимое для внезапно решившей стать благовоспитанной камеристкой Анфисы слово «проприаторша» я услышала впервые, но что-то мне подсказывало: оно родом из Франции, правильно звучит — proprietaire и в переводе на русский означает «владелица».
— Фиса, какого года издания пособие, которое любезно вручила тебе Зоя Игнатьевна? — поинтересовалась я, справившись с припадком коклюша.
— Ща позырю… — отозвалась Анфиса. И вскоре сообщила: — Совсем новое, в этом году напечатали.
— Кем? Назови автора учебника, — потребовала я.
— Маневина Зоя Игнатьевна, кто ж еще? — удивилась домработница. — Стала бы она мне чужую писанину дарить!
— Ага, понятно, — пробормотала я. — Ну ладно, про кредитку я запомнила, если других проблем нет, то поеду по делам дальше.
— Покедова, — отозвалась Анфиса. И вдруг заорала: — Стойте! Не швыркайте трубку!
— Что случилось? — испугалась я.
— Дремучая моя невоспитанность наружу выперла, — простонала домработница, — неправильно попрощалась. Погодьте-ка… Где ж оно? А, вот: «Мадщен произносит…»
— Кто такая «мадщен»? — с запозданием удивилась я.
Фиса недовольно пробурчала:
— Это я «мадщен», так воспитанно называют помощницу по хозяйству. По-хорошему хозяйке надо орать: «Мадщен! Топай сюда!» По имени горничную звать не положено.
— Мадщен… — задумчиво повторила я. — Интересно, каков перевод слова и оттуда оно взялось?
— Скажите еще раз «до свидания», — потребовала Фиса.
— До свидания, — послушно повторила я.
Анфиса прочистила горло и тоном диктора Игоря Кириллова, объявляющего о начале военного парада на Красной площади, произнесла:
— Разрешите откланяться, ваше благородие, желаю вам удачи, процветания и больших успехов. За время отсутствия в доме про… пропре… пропретикрисы хозяйство останется под управлением мадщен.
Раздалось несколько коротких гудков, и телефон замолчал. Я сунула трубку в держатель, глянула на часы, включила навигатор и поспешила к дому Конкиной. Игорь так и не перезвонил, придется ловить его около подъезда Нины. Интересно, что означает слово «мадщен»?
Тщетно ломая голову, я выехала на Садовое кольцо и черепашьим шагом двинулась в сторону Новинского бульвара. Мадщен, мадщен… Нет, это так же загадочно, как таинственный «фидхтинг»[4], без которого, по мнению Маргариты и Эвелины, невозможна правильно организованная свадьба. Мне следовало спросить у хозяек агентства «Стрела Амура», что же такое фидхтинг, но мы с Феликсом постеснялись своего невежества.
Гарика я увидела издалека. Любимый сынок Зои Игнатьевны бодро шагал по узкому староарбатскому переулку, волоча за собой ярко-красную хозяйственную сумку на колесиках. Старательно сдерживая гнев, я вышла из машины, дождалась, пока «бизнесмен» окажется метрах в десяти от багажника моей «букашки», и воскликнула:
— Какая встреча!
Дядюшка Феликса замер и нервно спросил:
— Чего ты тут делаешь?
— Ехала мимо, увидела знакомую личность и притормозила, — соврала я. — А ты куда спешишь?
— В супермаркет, — не моргнув глазом сообщил пакостник, — хочу макароны к ужину купить.
— Что занесло тебя в центр города? — насела я на Гарика.
— Слышал, что в местном супермаркете лучшая паста, — выкручивался «гениальный предприниматель», — оригинальная, из Милана. Решил семью деликатесом побаловать.
— А сумка зачем?
— Покупки сложить!
У меня лопнуло терпение.
— Какого черта ты беспокоишь моих знакомых, представляешься управляющим сети антикварных магазинов Васильевой?
Игорь сделал удивленное лицо.
— Я? Кто сказал тебе эту глупость? Никогда не звонил Конкину!
— Разве я назвала фамилию приятеля, которому ты решил всучить по бешеной цене ядро Рылькина? — вкрадчиво поинтересовалась я.
Глаза Гарика забегали из стороны в сторону.
— Кто такой Конкин? Впервые слышу.
— Хватит придуриваться! — возмутилась я. — Вон в том желтом доме находится квартира Нины и Степана. Мы с тобой в двадцати шагах от их подъезда, а у тебя в сумке лежит «раритет».
— Какая сумка? — засуетился Игорь. — Не пойму, о чем ты говоришь!
Я быстро обошла его и схватила торбу за ручку.
— Вот она. Ну-ка открой!
— Там… Там книги! — взвизгнул Игорек. — По управлению… крупным бизнесом… я поехал в центр города специально, чтобы их купить…
— И приготовить любимым родственникам на ужин вместо макарон, — прошипела я.
— Отстань! — продолжал сопротивляться нахал. — Маме на тебя пожалуюсь! Налетела на человека…
— Не смей звонить моим знакомым! — снова потребовала я, дергая на себя сумку. — Еще раз зайдешь в мою спальню, возьмешь со стола записную книжку, я тебя…
Договорить мне не удалось — скользкая ручка выскочила из пальцев, торба пошатнулась и упала на мою ногу.
На секунду мне показалось, что в Москве внезапно наступила ночь. Яркое даже вечером солнце померкло, зато в глазах запрыгали разноцветные огоньки.
— Ядро! — завопил Гарик. — Оно стоит пять миллионов рублей, и если ты его испортила, тебе придется ущерб оплачивать! И…
