Спасать утопающих на берегах туманной реки, стучать зубами от холода перед живым воплощением стужи, искать загадочное Зерцало в лабиринте пещер… Каких только миссий не выпадает студентам Академии пророчеств и предсказаний!Но все это кажется веселой и легкой прогулкой в сравнении с заданиями преподавателей и пророчеством, куда в очередной раз угодила компания друзей. Опять? Декан Гад уже не удивляется, лишь пытается защитить своих непоседливых студентов от беды. Даже выходить за ворота АПП запретил. Только что толку? Приключения найдут компанию везде. Ведь академия — самое подходящее место для чудес! Эльф Стефаль, тролль Хагорсон, юный дракон Машьелис о Либеларо и Яна Донская смогут проверить это на собственном опыте. А будущее приоткроет им свои тайны!
Каникулы — есть в этом слове из восьми букв волшебство, способное пробудить радостные воспоминания у любого — от школьника до убеленного сединами старца, если он хоть однажды изведал сладость отдыха от учебы. А вот магия иных звуков, складывающихся в слова «начало семестра», более противоречива. Кто-то воет волком от перспективы вновь бултыхаться в океане учебной программы, кто-то обреченно вздыхает, но есть и маньяки, радостно предвкушающие грядущие занятия.
Янка ни к одному из перечисленных типов студентов не относилась. Пусть дома после рождения крохотной сестренки Алины (Димка Донской у папы опять не получился!) было очень и очень здорово, но девушка ужасно соскучилась по друзьям и напарникам. Также ей очень хотелось увидеть однокурсников, даже вечно недовольную жизнью вампиршу Ириаль и капризного сирена Пита Цицелира.
В этот раз, как обычно, декан явился для транспортировки студентки в последний день каникул. Яна, в отличие от всей семьи, дружно растящей младенца на дачных просторах, уже ждала мастера Гадерикалинероса с сумками припасов, собранными бабулей. Потому сначала Гад забросил девушку в общежитие, где они оставили багаж и по-быстрому отсчитали деканские банки с земляничным вареньем, а потом перенес землянку на площадь. Там уже привычно толпились студенты, жаждущие зрелищ — прибытия абитуриентов АПП и эффектного явления Арки Выбора. Охотники до хлеба отирались совсем в другой стороне — у столовой. Силком на площадь перед Башней Судеб в последний день каникул никто никого не волок, но так уж сложилось, что почти все учащиеся собирались здесь по негласной традиции: и на волшебство поглазеть, и с друзьями-знакомыми повидаться-пообщаться после каникул.
— Донская! — Вопль, потрясший, казалось, сами основы Мироздания, оглушил Яну, едва она оказалась с деканом на Площади выбора. Девушку стиснули до хруста в медвежьих объятиях. Гад только коварно ухмыльнулся и исчез в очередном облаке серой пыли, оставив жертву на растерзание оборотню.
— Уф, ясного дня, Авзугар, — жалобно пискнула выпущенная из тисков медведя студентка. — Я тебя тоже рада видеть, но не до перелома ребер. И вас, ребята!
Рядом с бугаем радостно заулыбались, приветствуя девушку, его низкорослые напарники — староста курса гоблин Кайрай и пещерница Тита.
— Извини, чуток не рассчитал, — белозубо, или скорее белоклыко, осклабился однокурсник. — Я чего тебя искал-то, мы после площади все собирались на пикничок. За мной еще с прошлого года должок остался.
— Так ты же пару раз устраивал нам шашлыки?! — удивилась Янка странным долгам.
— Творец троицу любит! — поразил землянку желтоглазый горец-оборотень вариантом старой поговорки. — Так что все идем мясо жарить, вино пить, гулять, отдыхать, а учиться завтра будем! Ясно, да?!
— Ясно, — покорно согласилась девушка, мысленно облизнувшись при упоминании мяса, знатоком приготовления которого в походных условиях считался оборотень-медведь. После того как Авзугар прекратил попытки сосватать ее за кого-нибудь из своих родственников, общалась девушка с сокурсником с искренним удовольствием. — А вы моих напарников не видели?
— Вей-хо, как не видел? Видел! — провозгласил собеседник.
Перебивая оборотня-напарника, пещерница Тита вставила под согласный писк Кайрая:
— С утра в Лапе виделись, скоро, небось, на площадь придут, коли уже не здесь!
Проверяя гипотезу, Авзугар трубно заорал, запросто перекрывая шум громкоголосой толпы:
— Лис! Хаг! Где вы там? Айда к Янке!
Ледокол для бурного моря студентов из тролля Фагарда Хагорсона получился великолепный. Под напором массивной и твердой как камень туши расступались все, кто не хотел упасть. Худощавый, если не сказать тощий, Машьелис о Либеларо из породы крайтарских радужных драконов с удобством следовал в кильватере.
Впрочем, это в прошлом году Лис был худеньким пацаном, способным с комфортом спрятаться за шваброй. Сейчас Янка только головой в изумлении покачала. Напарник вырос почти на голову, раздался в плечах, он уже не казался тощим, только высоким и гибким, а еще юноша сменил прическу. Мелкие светлые кудряшки, делавшие его похожим на барашка, превратились в длинные локоны, небрежно завязанные в высокий хвост. Словом, Машьелис внешне повзрослел настолько ощутимо, будто расставался с друзьями не на несколько циклад, а не меньше чем на несколько лет.
— Привет, ребята! — Радостно улыбающаяся Янка была сграбастана напарниками в объятия. — Хаг! Лис! Ух, как ты вымахал-то, балбес! Настоящая сухота девичья, а не парень!
— Так, я не понял! Сухота или балбес? — сразу шутливо возмутился дракон, прижимая девушку к себе. Довольная улыбка нарисовалась на физиономии Лиса, когда тот с удовольствием отметил, что перерос Янку на пяток сантиметров.
За напарницу ответил веселящийся Хаг:
— Одно другому не мешает! Сухота — это внешний признак, а балбес — внутренний и постоянный. Как был ты балбесом, мой друг, так и остался.
