– Ты, кажется, увлеклась. Они сами не разберутся? Все, что от тебя требуется, – получить с них деньги за внесение анкет в клиентскую базу и устроить несколько встреч!
В насмешливых словах начальника слышалось явное предупреждение. Сэри неловко поклонилась, будто пыталась извиниться, и нажала на кнопку лифта.
Она перешла через три пешеходных перехода и оказалась в начале старой части района. Как и гласила табличка на доме, здесь тянулась улица Душевная. С одной стороны от автомагистрали расположилась конторка Толстушки Пак, известной своим интуитивным подходом к делу, с другой – многочисленные агентства знакомств, которые задавали тон в сфере брачных услуг, делая упор на качественные характеристики своих клиентов. И теперь между ними находилась аптека, которая помогала в сердечных делах.
Даже если не брать сложный случай Толстушки Пак и остановиться лишь на госслужащем, то невозможно не признать, что лекарство сильно изменило этого жениха: раньше его интересовали только характеристики избранницы, теперь же он изнывает от любви к ней, как герой какой-нибудь мелодрамы. Что же такое любовь? Неужели именно она привязала Сэри к одному-единственному человеку в мире, закрыв от нее всех остальных мужчин? Теперь она поняла, что жить такой любовью – довольно глупо.
Сэри дошла до аптеки, приютившейся в переулке, и замерла перед входом. Через прозрачную стену было прекрасно видно, что происходит внутри – там сидела какая-то пара: красавица-фармацевт и пожилой мужчина, напоминавший воздушный шар. Он был как две капли воды похож на персонажа с картин Ботеро. Эчхун говорила, что владельцы – супруги, которые совсем не подходят друг другу. Сэри тогда съязвила: «Странно это слышать от тебя. Как будто вы с Усиком идеальная пара». Эчхун внезапно улыбнулась, ответив: «А что хорошего в том, чтобы быть идеальными?»
Интересно, как сошлись этот пожилой мужчина и красотка-фармацевт? Что значила любовь для них? Сэри подошла ближе к двери. Аптека была открыта. Как только дверь отъехала в сторону, Сэри окутала приятная волна тепла из воздуходувки.
Первой навстречу ей пошла фармацевт. При ближайшем рассмотрении она оказалась еще красивее, а ее муж – на вид еще неприятнее. Неужели слепая любовь этого мужчины смогла покорить эту эффектную женщину?
– Добрый день! Приветствуем вас в нашей аптеке! Рады вас видеть.
Это несильно отличалось от того, как она сама приветствовала клиентов. «Добро пожаловать! Очень рады, что вы обратились именно в наше агентство „Дуэт”». Нужно просто сказать несколько бездушных фраз, чтобы завязать разговор с клиентом, после чего как можно скорее подобрать ему пару и устроить несколько свиданий.
По торговому залу разливалась знакомая мелодия, названия которой Сэри не могла вспомнить, и на душе вдруг стало тепло. В нос ударил аромат трав, запах прекрасно сочетался с музыкой. Сэри сделала шаг вперед. Аптека напоминала уютное, спокойное кафе. Внутри нее зажглось предвкушение – она открывала новую страницу жизни для новой любви.
Суэ прекрасно знала, что дочь называет ее «мадам Хан». Хорошо хоть так, а не «старой лисой» или «ведьмой», например. Она как-то раз залезла в телефон Хёсон. На нем стоял пароль, но Суэ повезло, в тот момент устройство оказалось разблокировано. В списке контактов дочери она была записана как «Старая лиса».
А что она писала о матери в дневниках, когда была подростком! Каждая страница пестрела оскорблениями в ее адрес. Суэ время от времени размышляла о них с дочерью, пыталась разобраться, когда все-таки что-то надломилось в их отношениях. Когда Хёсон не было рядом, женщина ощущала вину перед ней. Но стоило дочери появиться, Суэ тут же начинала злиться. Она постоянно думала о том, что вся ее жизнь пошла прахом из-за этого ребенка. Говорят, что родители и дети связаны невидимой нитью. Может, между ними с самого начала не было этой нити? Будучи беременной, Суэ уже считала ребенка обузой на всю жизнь. Она не смогла нормально доучиться в старшей школе и сдала экзамены на аттестат экстерном. Университет? На позднем сроке она отказалась от этой идеи.
О родах Суэ вспоминала с содроганием. Шейка матки никак не могла раскрыться. Двадцать три часа Суэ страдала от боли. Лучше бы тогда она просто умерла, но она терпела ради ребенка. Надеялась, что у нее родится ангел, прекрасный младенец, похожий на тех, которых показывают по телевизору. В реальности все оказалось по-другому. Суэ потеряла дар речи, когда увидела нечто, завернутое в одеяльце. Неужели этот красноватый, скукоженный, морщинистый пришелец и есть ее малыш?!
