Время, как всегда, бежит неуклонно. После красивой ливийской весны наступает теплое солнечное лето. Женщины семьи находят себе занятия. Нельзя сказать, чтобы кто-нибудь из них скучал. Хадиджа предается своему отчаянию. Она либо лежит на железной койке, повернувшись ко всему миру спиной, либо с утра до вечера ходит среди довольных, постепенно выздоравливающих людей и пристает к каждому, ко всем цепляется. Ее заливает желчь, а боль переходит в злость. Много времени она проводит у бассейна. Женщина сидит возле бортика и смотрит слезящимися глазами на голубую воду, как будто видит в ней своих плещущихся детей. Приступы и депрессия со временем переходят в более глубокую форму. Врачи беспомощно разводят руками и раз за разом повторяют: для того чтобы состояние человека улучшилось, он сам должен этого хотеть. А в данном случае об этом говорить не приходится. У Самиры продолжается реабилитационный процесс, но уже в ее собственном режиме. Когда Муаиду каким-то чудом удается в конце концов достать хлор и средства дезинфекции, предназначенные для бассейна, женщина начинает свои любимые упражнения в воде. Кроме того, Самира нашла в подсобке, превратившейся сейчас в склад, тренировочные велосипеды и скамеечки со штангами и ежедневно на них тренируется. Эгоистический поступок Хадиджи мобилизовал ее. Видно, как к ней возвращаются силы, а мускулы растут на глазах. Кроме упражнений, она много времени посвящает работе в саду и уборке длинного барака, который Муаид достроил и в котором помещается главная часть реабилитационной клиники для наркоманов. В бывшем доме Марыси находится только рекреационный зал для фитнеса. А сейчас там расположились пациенты, которые изначально ютились в трех комнатках, предназначенных для одного лечащегося. Со временем комфорт возвращается. В целом осталось не больше сорока больных. Вечера Самира проводит в обществе чудом нашедшегося любимого, встреча с которым, скорее всего, послужила последним толчком к ее пробуждению. Им нужно много рассказать друг другу, и они часто остаются в саду допоздна, шепча нежные слова. Марыся, увлекшаяся медицинской службой, все больше получает профессиональных навыков. Похоже, она наконец-то нашла свою дорогу в жизни и знает, чем будет заниматься в дальнейшем. А еще она встретила настоящую любовь. Реализация первой части планов на будущее кажется ей банально простой и возможной, но что делать с чувством, которое заливает ей сердце и беспокоит душу?
– Красиво тут у тебя, – говорит она Рашиду, который однажды вечером приглашает ее в свое королевство на крыше водосборника.
– Хочется иногда побыть одному, – поясняет мужчина. – Я не в состоянии выдержать изо дня в день общество пятидесяти чужих людей и в придачу спать в общей палатке, – смеется он. – А в больнице, окруженной смрадом хлора, я тоже себя как-то не вижу.
– Я сама хотела бы провести здесь ночь. – Марыся устраивается на большом удобном матрасе, положенном на плетенную из соломы циновку, а сверху покрытом толстым пледом. – Так близко до звезд.
Она протягивает вверх руку, словно пробуя до них дотронуться.
– Загадывай желание, исполнится. – Парень падает рядом и закрывает глаза.
«Какие же у него длинные ресницы», – думает Марыся, забывая о звездах и не в состоянии оторвать взгляда от друга.
– Нужно смотреть на небо, чтобы осуществилось.
Рашид, чувствуя взгляд, переворачивается на бок, подпирает голову ладонью и пристально смотрит в глаза молодой женщине – любви его жизни. После времени, проведенного вместе, он в это свято верит.
– Уже ничего больше не хочу, – признается Марыся сдавленным от волнения голосом. – То, что хочу, у меня при себе.
Она дотрагивается до его волос, которые уже успели отрасти и вьются, ниспадая спиральками и закрывая до половины его красивый лоб.
– Тот, кто находится на расстоянии вытянутой руки, – шепчет она и наклоняется, чтобы осторожно поцеловать чувственные губы мужчины.
Он не отвечает ей тем же, только смотрит очень внимательно перед собой.
– Рашид? Может, я ошибалась в том, что… – Марыся испытывает стыд из-за своего нахальства и не хочет уже произносить самого главного. – Ну я и глупая!
– Знаешь, что нет, но… – Он повышает голос, приближается к ней и обнимает сильной худой рукой. Они лежат на боку лицом к лицу. Их дыхание сливается, губы так близки, страстно раскрыты и готовы к поцелуям. Но мужчина – правоверный мусульманин и не хочет переходить границу пристойности.
– У тебя есть муж, – выдавливает он наконец и отодвигается от Марыси, падая на спину. – Я не хочу быть с тобой только этот единственный раз – я хотел бы остаться с тобой до конца жизни, но у меня нет шансов.
– А ты не слышал о том, что можно развестись? – Женщина осторожно гладит его по нервно подрагивающей щеке. – Муж написал записку перед моим отъездом, давая мне полное право выбора и возвращая свободу. – С этими словами она прижимается к мужчине и касается грудью его торса.
