— Ну что ж, разводы есть везде. Но вот что могу сказать наверняка: мужиков нужно держать на коротком поводке и порой показывать им коготки, чтоб знали свое место. Нельзя их бояться и постоянно просить прощения уже за то, что ты существуешь. Так ты мужика не удержишь, кем бы он ни был — арабом, китайцем, американцем… да хоть и поляком.
— Ты права, — печально соглашаюсь я.
— Не отчаивайся, всему можно научиться, а тем более правильному поведению с нашими мужчинами. Это ерунда, пара пустяков!
— Ты думаешь? А я-то…
— Да-да, я уже по голосу слышу, какая ты, — снисходительно посмеивается она. — Ничего. Несколько бесплатных уроков у тети Баси — и ты станешь совершенно другим человеком. Так когда ты зайдешь?
— Ну, не знаю…
— Ты работаешь? — быстро спрашивает она.
— Нет.
— Тогда о чем тут думать? Времени у тебя должно быть предостаточно. — В ее тоне я слышу легкое раздражение и нетерпение.
— Боюсь помешать тебе.
— Ну и мямля ты! Я же сама зову тебя в гости, никто меня не заставляет. Так что?
— Кроме того, я не знаю города и… мне не на чем ехать.
— Не понимаю, почему у тебя нет машины. Здесь же можно купить совсем неплохое авто за плевые деньги.
— У меня и прав нет, — растерянно шепчу я.
— Муж не разрешил тебе?!
— Нет-нет, не думай так… Мне самой не пришло в голову…
— Тогда ты могла бы взять такси. Или он не разрешает тебе ездить на такси? — В ее голосе звучит возмущение.
— Он не… — начинаю я, но она решительно перебивает меня:
— Значит, я сама за тобой заеду. Малышка, тебе надо помочь… Ты, как мне кажется, подавлена. Неужели муж не разрешает тебе даже носа из дому высунуть? Ох, скверно это!
— Ты ошибаешься, все не так…
— Ладно, ладно, я понимаю, признаваться в этом неловко, но я как раз и занимаюсь тем, что помогаю таким бедняжкам, как ты.
Я только вздыхаю — тяжело пробиться сквозь поток ее слов. Интересно, знай Баська обо всех моих проблемах, придумала бы она средство, чтобы действительно помочь мне? Ахмеда как не было, так и нет. Никто из семьи даже не говорит о нем, будто его вообще не существует. И у меня впервые мелькает мысль: быть может, мне тоже стоит собрать вещи и вернуться домой, в Польшу, к маме и к тому миру, который я хорошо знаю?
— Буду у тебя завтра в двенадцать. Салют! — говорит на прощание Бася, прерывая мои размышления.
Я жду во дворе на солнцепеке — жду так долго, что уже вся обливаюсь потом. Марыся, несмотря на бешеные игры с детворой в бассейне, уголком глаза замечает меня, выходит из воды и вприпрыжку бежит ко мне, брызгая водой во все стороны. Внезапно соскучившись, она обнимает меня мокрыми ручонками за шею и целует, прижимаясь своим замурзанным личиком; тут же разворачивается и несется назад, к детям. Она уже совершенно забыла о своей польской бабушке — хоть бы раз о ней спросила! Что ж, здесь у Марыси есть и замечательная шальная компания ровесников, и домашний детсад с отличным присмотром. Я радуюсь, видя ее счастливой, но мне немного жаль, что она так легко дарит свое сердце другим. Мне-то самой очень, очень одиноко, я чувствую себя оставленной и мужем, и шестилетней дочкой. Наверное, придется привыкнуть, смириться с судьбой.
Бася приезжает с получасовым опозданием и громко сигналит у въездных ворот. Я бегу ей навстречу, и мы здороваемся как давние подруги. Она и в самом деле классная баба. Внешне это типичная, самая что ни на есть породистая польская блондинка; она не толстуха, но телосложения плотного, а рукопожатие у нее такое крепкое, что хрустят пальцы. Бася высокая, статная, старше меня как минимум лет на десять. Одета она по-современному, видно, что все ее вещи куплены или на базарах, или в наших польских секонд-хендах; тем не менее у нее есть свой стиль — очень красочный и немного фривольный. Ни капли не комплексуя, она втиснула свою довольно большую попу в белые леггинсы — сверху, правда, надела длинную рубаху в цветочек, а на шею повязала пестрый шарф с бахромой. В открытых босоножках видны крупные пальцы ног с ярко-алым педикюром. Я на седьмом небе: наконец-то у меня есть кто-то, с кем я могу перекинуться несколькими словами, да еще и на родном языке!
— Садись, устраивайся поудобнее в этом кавардаке. — Она поспешно сметает крошки с пассажирского сиденья и отбрасывает назад какие-то плюшевые и резиновые игрушки.
— Не переживай, все отлично. — Совершенно счастливая, я располагаюсь в ее машине. — Спасибо, что заехала за мной!
— Да ты что? Как же иначе? — энергично возражает она. — Кто-то ведь должен показать тебе, как здесь надо жить, чтобы ты осознала, что даже в этой стране можно быть счастливой.
— Ох, не знаю…
— Самое главное — чтобы муж тебя любил, а проблемы — они есть везде. К сожалению, именно нам всегда приходится их решать. Или же старательно их избегать.
— Порой это не в нашей власти, — сетую я. — Есть много вещей, которые мы вряд ли можем изменить.
— Не нравится мне твое настроение, — беспокоится Бася. — Долго ты тут не выдержишь, если у тебя уже в самом начале такие мысли.
