Немного подождав, но так и не услышав ничего в ответ, собеседник сбросил вызов. Тис легла на диван, отвернулась к стене и, сжавшись в комочек, завыла, как смертельно раненый зверь. Уже ночью глядя в темноту, она подумала, что странным образом всё в её жизни повторилось. Она стала старше на несколько лет, прошла хорошую подготовку и сильно изменилась. Владела своим телом и своими эмоциями, могла противостоять противнику и была одной из лучших, но почему же сейчас она, ревёт, как та же маленькая девчонка, впервые столкнувшаяся с несправедливостью, обманом и подлостью. Теперь Тис думала лишь об одном, как бы это всё не причинило вред её ребёнку. Слёзы высохли. В душе поселилась пустота, а тело охватила апатия. Мир сомкнулся до одной маленькой точки, которая была внутри, которая уже жила, росла, сердце которой стучало быстро-быстро. Но не смотря на новую жизнь внутри, как же тяжело было заставить себя двигаться и что-то делать. Тис понимала, что нужно взять себя в руки и выйти из этого состояния полнейшей апатии, но знать — это совсем не значит мочь.
Появление через неделю на пороге её квартиры двух мужчин, представившихся юристами, работающими на семью Амирхана, Тис встретила равнодушно. Степенные и модно одетые, они пояснили, что от Тис требуется подписать договор, по которому она отказывается от любых претензий к Амирхану и его родственникам, не претендует на активы и имущество. Амирхан со своей стороны отказывается от своего отцовства относительно детей, рождённых Таисией и их денежного содержания. Оставив документы для ознакомления, они назначили встречу на следующий день, но уже в ресторане. Тис не решилась беспокоить Павла Ильича, который отдыхал в Турции. Она знала, что только намекнёт ему на происходящее, как тот тут же сорвётся с отдыха. Но боясь из-за своего состояния пропустить что-то важное, Тис позвонила Седому. Не прошло и часа, как мужчина сидел рядом с ней на диване, слушая рассказ Тис. Он забрал договор, сказав, что юристы всё внимательно изучат и завтра они вместе поедут на встречу. Девушка кивнула и отвернулась, пряча горькие слёзы, Седой махнул рукой и, вздохнув, ушёл тихо матерясь. Он знал, что Тис не примет ни жалости, ни утешения, нужно было дать ей время самой пережить всё случившееся, встать из пепла и сжав кулаки пойти дальше.
Если юристы Амирхана и удивились, что Тис пришла на встречу с высоким широкоплечим мужчиной, то никак на это не отреагировали, сохранив маски безразличия и спокойствия. Девушка тоже смотрела на них равнодушным взглядом. Седой, сжав зубы, с ненавистью разглядывал холёных мужиков. Кто бы знал, как у него чесались кулаки, пройтись по их самодовольным рожам. За всё время встречи, которая проходила в самом дорогом ресторане города, Тис произнесла только две фразы: «Здравствуйте» и «До свидания». Седой, всё время находясь рядом, постоянно хмурился, но также молчал. Он готов был разорвать этих посланцев ада, но дал слово вести себя здраво, поэтому, от бессилия сжимал под столом кулачищи. Тис, как и требовалось от неё, всё подписала и, попрощавшись, спокойно ушла. Произошедшее её не расстроило, она уже особо не волновалась, надёжный друг, который стал её вторым отцом, был всё время рядом. Прекрасно понимала, что вся её жизнь лежит в руинах, так что цепляться не за что, поэтому этот официальный отказ уже ничего не значил, она и так ни на что и никогда не претендовала. Самым главным был отказ Амирхана от ещё не рождённого ребёнка, но теперь Тис знала, что у него своя семья и взывать к его сердцу или разуму не имело никакого смысла, жизнь снова преподала её жестокий урок.
Дни шли, а Тис их даже не замечала. Она вроде бы вела обычную жизнь, благо деньги были, своих накопленных запасов хватало. Никогда не была транжирой и не разбрасывалась деньгами. За заказы, которые выполняла их команда, всегда платили щедро, поэтому материальные вопросы не волновали. Ещё и Павел Ильич, как коршун, кружил рядом и зорко следил за ней. Чуть ли не каждую неделю напрашиваясь в гости первым делом заставлял тётю Машу проверять холодильник. Нет-нет, попискивал телефон, оповещая о входящем сообщении. Тис даже не надо было открывать приложение, заранее знала, что по велению Павла Ильича на карту упала денежка. Всё было хорошо, вот только жизнь потеряла краски, делала она всё механически, просто потому что так было нужно. Завтрак, обед и ужин по расписанию. Посещение врача тоже по плану в назначенные дни. Больше Тис не ждала звонков и сообщений от того, кто так неожиданно предал, как птицу метким выстрелом снял на самом взлёте, когда сердце оттаяло после долгой стужи, а душа расправила крылья. Она давно отправила номер того, кто в одно мгновенье стал чужим в чёрный список.
Седой заезжал практически через день, вздыхал и укоризненно качал головой. Они молча понимали друг друга, понимали и то, что мужчина, не мог забрать из сердца Тис ту боль, которой она ни с кем не могла поделиться. Через месяц Седой всё же не выдержал:
