До меня донесся тяжелый вздох падишаха. Положение было очень серьезным. Половина казны – это совсем не шутки. Прощайте рубины-изумруды, китайские шелка и индийские пряности.
– Что ж, – выдохнул Джахан, – наше положение сильно ухудшилось. В армии может начаться бунт из-за неуплаты бакшиша. А ведь еще нужно содержать гарем. Созывай срочный совет дивана, Первиз-бей. Будем решать, как нам теперь быть.
За главой шахской охраны закрылась дверь, а в моей голове эхом отдавались последние слова повелителя – «нужно содержать гарем». Кажется, у меня появилась неплохая идейка, как улучшить свое положение. Как говорится – нет худа без добра.
– И что же ты придумала? Зачем надо было срочно меня вызывать? – пробурчала Лерка, расправляя на коленях сбившуюся парчовую юбку.
Прошла неделя, как она переехала жить в подаренный им с Первизом дворец, и теперь совсем зазналась.
– Не бухти, мы не виделись уже несколько дней, могла бы хотя бы соврать, что соскучилась.
– Да разве с Первизом заскучаешь? – она мечтательно подняла глаза и облизнулась, явно вспоминая минувшую ночь.
– Разве до свадьбы можно? – с улыбкой спросила я.
– Я рабыня, а значит, можно. Падишах дарует мне свободу накануне свадьбы. Тогда и воздержимся, – растолковала мне порядки подруга, а затем игриво повела бровями.
– Вот оно что, – я засмеялась, – ну и хитрец же твой Первиз!
– Давай к делу, я ненадолго вырвалась. Уж очень ревнив – требует от слуг, чтобы докладывали о каждом моем шаге.
Я представила себе, какие испанские страсти кипят в их доме, и улыбнулась. Нашли друг друга – два сапога пара: потомственный маг и краснодарская светская львица.
– Ты наверняка уже знаешь, что у нас финансовый кризис, – начала я, а Лерка надула губки и утвердительно кивнула.
– Знаю. Из-за этого кризиса лишилась любимого лукума и венецианского кружева. Первиз говорит – жалованье задерживают, а мои гастрономические пристрастия да гардероб слишком дорого ему обходятся. Уж куда разумнее тратить деньги на новые кинжалы да мечи, – обиженно заключила она.
Я ухмыльнулась – персидская семья шестнадцатого века мало чем отличается от среднестатистического семейства из какого-нибудь Рыбинска наших дней. Жена требует украшения, рестораны и шмотки, а муж говорит, что деньги есть только на новый карбюратор да карданный вал.
– В гареме падишаха около двухсот наложниц, – продолжила я, решив не углубляться в дебри их денежных споров, – каждая из наложниц получает не меньше тысячи дирхамов золотом в качестве годового жалованья. Все зависит от статуса – фаворитке положено 3000, матери шахзаде и ханум – 4000, валиде – 5000, обученные уста получают 2000, обычные джарийе – 1000.
– Ой, мамочки, – Лерка схватилась за голову. Моя школьная подруга с гуманитарным складом ума всегда приходила в ужас от цифр и расчетов.
– Большинство девушек – это джарийе. Их чуть больше ста пятидесяти, я уже выяснила этот вопрос у Наргес Хатун.
– Ты хочешь их лишить жалованья? – удивленно спросила Лерка.
– Нет. Я хочу выдать их замуж. Не всех, но большинство. Оставить только тех девушек, которые действительно нужны для ведения хозяйства дворца. Оставшимся джарийе и уста нужно вдвое урезать жалованье. Экономия выйдет приличная – почти четверть от того, что мы потеряли из-за нападения разбойников.
– Ты в своем уме? – Лерка вскинула брови. – Ты думаешь, падишах такой идиот, что поверит, будто ты избавляешься от гарема только из-за денежных трудностей? Не смеши мои тапочки.
Она фыркнула и демонстративно покрутила у виска указательным пальцем.
– Большое спасибо за высокую оценку моих умственных способностей, – обиженно выдала я, – я еще не совсем сбрендила, чтобы самой идти с этой идеей к повелителю.
– Но как же ты собираешься добиться реализации своего плана?
– Мы устроим бунт бессмертных, – заявила я и расплылась в улыбке победителя.
– Что?! – Лерка округлила глаза. – При чем тут бессмертные? Вот уж не думала, что у тебя так туго с логикой. А еще физик.
– А притом – бессмертные уже давно не получают жалованье и вполне себе имеют право на забастовку, согласно трудовому кодексу. У Джахана все равно нет денег, чтобы им выплатить долги. Тут-то и подошлем к нему Первиз-бея и главного визиря с моими расчетами да одним дельным предложением.
– Какое еще дельное предложение?
– В качестве награды за терпение воинов выдать им по рабыне из шахского гарема. И вояки успокоятся, обласканные такой милостью, и будут спокойно ждать выплату бакшиша, и казне экономия, и мне хорошо!
– Ты думаешь, Джахан пойдет на такое унижение? – Лерка с сомнением отнеслась к моей идее.
– Уверена, что он будет в бешенстве, – подтвердила я ее догадку, – но если с этой же идеей к нему придут валиде и Эфсуншах, да к тому же будет угроза его трону, – ему придется выпустить своих птичек из клетки.
На лице подруги появилась скептичная улыбка. Казалось, она вот-вот прыснет от смеха.
