— Я интересуюсь механикой, — пожал я плечами. — Да и в Европе сейчас много экспериментируют с оружием. Но бумажные пистоны с бертолетовой солью опасны. Мои лучше, хоть и дороже.
— В Европе… — он усмехнулся. — А не слишком ли много вы знаете о том, что происходит в Европе?
Я почувствовал, как под воротником пробежал холодок.
— Я всего лишь читаю газеты, ваше сиятельство. Кроме того, недавно посетил Пруссию.
— Газеты… — он медленно прошелся по кабинету. — А скажите, вы случайно не знакомы с трудами Фурье?
— "Опять Фурье⁈ — мелькнуло у меня в голове.
— Поверхностно знаком. Но считаю его идеи утопическими.
— Любопытно, — Аракчеев остановился напротив меня. — Потому что государь в последнее время тоже проявляет к ним интерес.
Я едва сдержал удивление. Александр? Читает социалистов?
— Не думаю, что Его Величество станет внедрять что-то подобное в России, — осторожно сказал я.
— Надеюсь, — Аракчеев хмуро посмотрел в окно. — Но в последнее время государь… изменился.
Тут он резко обернулся.
— Вы не знаете, почему?
Я сделал вид, что задумался.
— Возможно, здоровье?
— Нет. Он стал… задумчивым. И слишком часто встречается со Сперанским.
Ага, значит, графа беспокоит возвращение реформатора.
— Ваше Сиятельство, я далёк от политики, — развёл я руками. — Я простой изобретатель, и мне нравится заниматься моими делами.
— Ладно. Ваши чертежи я передам в Арсенал. А вы… будьте осторожнее в своих высказываниях.
Это был не совет, а угроза.
Я лишь неодобрительно мотнул головой и молча вышел, чувствуя, как ситуация накаляется.
Ссориться мне с Аракчеевым рано, да и незачем. Время нас рассудит.
Как бы мне не хотелось вернуться к себе в Велье, но лететь пришлось в Москву.
Там сейчас запускают вторую очередь завода по производству анилиновых красителей. Если что, в пять раз более мощную, чем первая. Изначально у моих партнёров и были сомнения, когда мы закладывали такие мощности, то теперь их нет — очередь на красители на несколько месяцев вперёд и очень похоже на то, что даже с новыми цехами мы с дефицитом красителей вряд ли справимся.
Отчего этот завод так для меня важен — так прибыль… Даже в первом полугодии она составила неприличные семизначные цифры, и начинаются они вовсе не с единицы.
Оно и не удивительно. В моей истории такие компании, как BASF и Bayer стали химическими гигантами, контролируя девяносто процентов мирового рынка синтетических красителей. Но нынче мы со своим Кланом идём впереди всего мира, и позиции сдавать не собираемся.
— Пётр Исаакович, как дела с сохранением производственных секретов? — задал я один из самых главных вопросов, когда обычный обряд приветствий меж нами закончился.
— Не поверишь, как тараканы, лезут и лезут, — хохотнул дядя, — А мои люди их ловят и на пару дней в кутузку забирают. Холодную и сырую. Околоточный, сволочь такая, иногда даже на трое суток запаздывает, — выразительно потёр он большим пальцем указательный, явно давая понять, что полицейская неторопливость в данном случае щедро спонсируется.
— Вы мой перечень химикатов продолжаете закупать? — ухмыльнулся я в ответ.
— Обижаешь. В полном объёме скупаем. Недели две назад нам даже полуторную цену пришлось платить и отгрузку красителей на день прервать. Всё, как ты и говорил, вышло. Я потом выяснил через знакомых — точно хотели нас проверить, — захохотал дядя, звучно хлопая себя по ляжкам.
Хех, значит шутка удалась.
В её основу легла история с появлением бездымного пороха в России, взятая мной из недалёкого будущего
В то время у Франции появился бездымный порох. Порох французы продавали, а секретом его изготовления делиться не хотели. В качестве шпиона во Францию поехал… Менделеев. У учёного с мировым именем тогда произошли некоторые неприятности из-за студенческих волнений, и его уволили.
Уволенного профессора Менделеева тут же пригласило к себе военное ведомство, и привлекло к разработке пороха. Менделеев, после недельного пребывания в Париже, решил совершить путешествие по Франции. А так как он узнал, где находится завод, то запланировал длительную остановку в этом городе.
Устроившись в гостиницу, Менделеев понимал, что на секретный завод французы его не пустят, а если он будет делать попытки туда попасть, то привлечет внимание охраны. Профессор пошел другим путем. В то время в местных газетах печатали расписание движения поездов не только пассажирских, но и товарных. Он купил в киоске газеты, и сидя в номере высчитал, сколько приходит составов в город с азотной кислотой и сколько с целлюлозой. В результате его расчетов соотношение азота к целлюлозе получилось двенадцать с половиной процентов.
Приехав в Петербург, Менделеев произвел опыты на пироксилиновом заводе, получил порох, не уступающий по качеству французскому. Только название Российского состава было не пироксилин, а пироколлодий.
Памятуя об этой истории, я строго-настрого наказал дяде скупать дюжину посторонних химических продуктов постоянно, и ещё три, время от времени.
