И я надеюсь, что не только мы, стоящие у красавицы ели, но и все айлы, избраны для противостояния ей. Ведь айл – это состояние духа, свойственное и ману, и людям.
Сеанс закончился.
– Отец провел здесь в одиночестве лунный месяц, – сказал Джай, заметно побледневший и взволнованный.
– Так, брат, – сказал Нур, смотря на Иду, обозначившую тонким серпиком начало очередного цикла, – Я сделаю так же. Необходимая часть ритуала подготовки… Отсчет месяца пошел… А когда он завершится… Сандр! Пусть тогда придут те, которые сами решат. Думаю, будет немного…
Сандр обвел правой рукой пространство кругом и спросил:
– Как ты ограничишь свое местопребывание?
Нур коротко уточнил:
– А как ты?
– От ели с глазастыми привидениями до того леса с речкой. Там достаточно топлива для костра. Он тебе не помешает. Огонь тоже очищает. Особенно в одиночестве.
Голос Нура чуть дрогнул:
– Благодарю, Сандр. Ты определил самое главное – очищение. Да, я буду в этих пределах, ты прав.
Сандр, стараясь не реагировать на эмоции, добавил:
– Захочешь, поговори с Ахияром. Я уверен, он сделал образ-запись и для тебя одного.
Джай, вне видимой связи с темой встречи, сказал:
– У найдов есть сведения о состоянии планеты до последнего Азарфэйра. Пустынь и тундры не было вовсе. На севере Арда Ману были горы, но не столь высокие. За ними – океан. Половина населения Арда предпочитало жить в городах. Города соединялись сетью дорог. Многие располагались на побережье. Сейчас они под водой. А Пустыня, отделившая полуостров айлов, – наш полуостров, – необъяснимый феномен.
– Как и очень многое на современном лице Илы-Аджалы, – сказал Сандр, – Естественно, планета живая, обладает сознанием. Но я не понимаю, как и почему она реагирует. Неужели все зависит от наших желаний и поступков…
Все замолчали. И природа рядом тоже. Подтверждая предположение Сандра…
И, не выдержав тишины, Нур, опережая времена на месяц, предвосхитил прощальную встречу:
– Я знаю, какие советы могу получить. Сможешь отклониться от удара, отклонись. Уйди… Можешь нейтрализовать – отрази. А не сможешь ничего – прими испытание достойно. Принцип зеркала… Действие – противодействие. Слишком, по-моему, примитивно, тускло. Можешь еще собирать союзников, обзаводиться друзьями. И сколотить из них оперативный отряд. Тогда реакция на любую обиду будет мощнее. И что? Ведь и удары станут сильнее, изощреннее. Что-то я не понимаю. Не должно быть так.
Но как должно быть, не знает не только Нур. И потому попрощались без слов. Впереди был месяц размышлений, предложенный Ахияром.
Сандр, Джай, Глафий, Джахар…
Хотели многие, но предпочли отказаться. Джахар заметил:
– Очень хотел Барк… Но я его прощупал. Он же ученик Инсара. И главный его интерес, – Центр Магии. Особенно, – внефизические источники энергии. Он ни о чем другом думать не может. Ну, я ему объяснил доходчиво, что внефизического или внехимического ничего нет. Есть только наша неосведомленность. И посоветовал не очень увлекаться… А посмотреть на проблему через Свиток. Я прав, Нур?
– Лучше никто бы не объяснил, – отозвался Нур.
Он был благодарен, что рядом с ним самые близкие. Месяц ничего не изменил в обстановке у Прохода. Но переменил Нура. Аура спокойная, сбалансированная. Лицо струит отрешенность и готовность.
Заметив у Глафия Волшебную Лампу, он мягко сказал:
– Спрячь, Глафий, не искушай. Фрее после связи будет тяжелее.
И обратил просветленные огромные глаза Ахияра на Сандра. И Сандр легко прочитал мысль:
«И твой груз увеличится, Сандр. А он и без того велик. Распредели свою ответственность между айлами и другими людьми. Дай себе возможность сосредоточиться на главном».
И еще услышал Сандр от Нура чувства, не вплетенные в слова внешние и внутренние. И понял, что Нур знает о его отношении к Фрее. Всегда знал… И что считает его своим реальным отцом и наставником, единственным другом и опорой. А встреча с образом Ахияра ничего не меняет в их отношениях.
Глафий аккуратно спрятал Лампу на груди и спросил так, будто они расставались на время, а теперь разлука позади, и впереди все будет хорошо.
– Как ты тут без нас?
Он оглядел небо, голубое и морозное, и сказал:
– А мы углубились в Свиток… Я, оказалось, еще слаб умом, мало понимаю. Там написано: главная борьба внутри нас, а не снаружи. Следует ли это понимать так: Империя приходит к тем, кто изнутри соответствует ей? Кто внутри раб простейших желаний? И еще… Вот такая фраза: одно-единственное слово может перевесить все твои грехи. И даже все грехи мира. Грехи, – это нарушения закона, установленного Хозяином Седьмого Эона. Все так. Но вот в какую чашу ляжет это самое тяжелое слово?
Нур легко, по-детски рассмеялся. Да так, что никто не удержался от улыбки.
