– Я вот недавно совсем, я ведь точно помню… – размышляла Дарья вслух, а потом остановилась как вкопанная, глядя на лекаря и хозяйку таверны широко распахнутыми от шока глазами. До неё, наконец, дошёл весь ужас её положения.
– Господи, только не это! – прошептала она, проваливаясь в беспамятство.
Ах, мой миленький хорош,
Миловат, душа, пригож,
Миловат, душа, пригож,
Мне подарочек принес,
Подарочек дорогой,
Намакушник золотой.
Мне не дорог твой подарок
Дорога твоя любовь.
Не хочу его носить,
Хочу так дружка любить.
Чудный, переливчатый голос разбудил Дашу. Улыбнувшись, девушка моргнула и уставилась в потолок, на котором танцевали световые блики. Несколько мгновений спокойствия и Даша повернувшись, натолкнулась взглядом на сидевшую в кресле женщину. Бесформенная, похожая на жабу дама, напевая, перебирая пальцами, была увлечена то ли вязанием, то ли похожим занятием.
Несколько мгновений понадобилось, чтобы воспоминания вернулись, накрыли лавиной. Всхлипнув, девушка зажмурилась, отчаянно желая, чтобы всё это было только сном, но, увы – голос хозяйки таверны разбил вдребезги её надежды:
– Очнулась, ну наконец-то! А я-то уж убоялась, сперживалась вся. Лекарь-то уверил…
Заговорила женщина, пока Даша часто дыша, пыталась взять себя в руки.
– Уходите, – прошептала она, обрывая поток причитаний и уже едва не закричав, повторила: – Уходите! Оставьте меня одну!
– Ну и приём мне здесь оказывают, – послышался недовольный мужской голос и Дарья, повернув голову, встретилась с укоризненным мужским взглядом.
Осмотрела низкорослого мужчину, который сложив руки на животе, с ожиданием смотрел на девушку.
– Поднимайся, дева. За тобой я пришёл.
– Господи… – Даша открыла рот не в силах продолжить. Изумленно распахнув глаза села и схватилась за голову ладонями, когда перед глазами поплыло.
– Помогу тебе немного, – пробубнил мужчина, притрагиваясь сухенькой ладошкой ко лбу девушки. Пара вдохов и сознание прояснилось, а головная боль отступила.
– Что вы… вы же были тогда, там…
От удивления, Дарья не могла связать слова, потому как перед ней стоял тот же гном, который когда-то отвёл её и Кассандра к Предвидящей.
– Да, да, был, – закивал гном, осматриваясь. – Я, между прочим, за тобой послан.
Даша поражённо застыла, но тут её взгляд натолкнулся на женщину, сидевшую в кресле. Она словно огромная кукла смотрела на неё невидящим взглядом, застыв в одной позе.
– Что с ней? – испуганно округлив глаза, прошептала девушка. Гном посмотрел на женщину и пожал плечами:
– Всего лишь погрузил в безвременье. И между прочим этот эффект не растягивается на долгий срок, как твоя болтовня! Вставай, Предвидящая позаботиться о тебе велела.
– Слишком поздно заботиться, – горько усмехнулась Даша, отворачиваясь, – Всё плохое уже случилось.
– А что случилось? Смотрю – жива, здорова, да ещё искрой во чреве обзавелась, – мужчина нетерпеливо повысил голос.
Дарья невольно положила ладонь на живот. У неё ещё не было осознания, принятия, что там у неё поселилась маленькая жизнь. Дитя её и Кассандра.
– Ты давай, не медли. Вещи свои собирай и пошли, – опять поторопил её гном.
– Куда? – не поднимая глаз, безжизненно спросила Даша. А у самой мысли в голове как рой пчёл – жалящие, настырно жужжащие: «Господи, что же теперь будет? Неоклису здесь расскажут, а он Кассандру и… А если отберёт ребёнка? Ведь я сама ему не нужна! Только как постельная девка!» – закрыв лицо ладонями всхлипнула, вспоминая давний рассказ Эвмея:
– Я умру? – вырвался у неё вопрос, а ладошка непроизвольно легла на грудь, где сбилось с ритма сердце.
– С чего это? – мужчина удивлённо замер. – Совсем из ума выжила?
– Мне рассказывали, – Даша рвано выдохнула, сглотнула и продолжила: – рассказывали, что дитя, зачатое с ассианцем, вытягивает из матери энергию. Кассандр, – назвав имя любимого, Дарья на мгновение прикрыла глаза, потому как даже говорить о нём было неимоверно тяжело и больно: – отец ребёнка вряд ли захочет делиться со мной энергией. Я ему… я не нужна ему, – тихо закончила Даша, опустив голову и сжимая кулаки, чтобы опять не разреветься.
