– То есть Палант предложила стать твоей игрушкой? – яростно сверкая глазами, процедила ассианка. – Ты идиот, если решил, что кто-то поверит в эту чушь! – прошипела Тисифона, сузив глаза. Женщина уже готова была кинуться на сына с кулаками. – Ты забыл, что твой отец может вызвать считывающего? Как ты думаешь – что будет с тобой, если правда всплывёт?
– И с тобой, матушка, – усмехнулся Медеис, – Вы же так долго скрывали мои пороки и мой ущербный дар, что наказание понесём вместе!
– Я, во всяком случае, осознаю это и делаю всё, чтобы никто не узнал о…
– О моей ущербности? – перебил её Медеис. – Мне надоело выслушивать твои нотации! Хватит, изучил их все от и до, – поморщился Медеис, вставая и направляясь на выход, но слова матери, брошенные ему в спину, заставили остановиться:
– Я устала с тобой бороться, сын. И ты прав – Дигон не будет ко мне милосерден, если узнает о твоих деяниях. Так что рисковать я не стану. Если ты ещё раз даже посмотришь в сторону Паланта или я узнаю о том, что ты сломал ещё одну игрушку-улейли – я тебя сошлю в Тартар! Контракт обязательство с одним демоном не будет мне в тягость, – бросила Тисифона последний козырь и резко припечатала: – Пошёл вон!
Медеис вальяжной походкой покинул покои матери, прошёл через портал к себе, но стоило ему войти в свою гостиную – сорвался. Он яростно швырял энергетические потоки в стороны, разрушая обстановку, а когда выдохся, крикнул:
– Вистан, выпивку!
Прислужник, давно изучив повадки хозяина, отсиживался в соседней комнате, но сразу явился по зову Медеиса с подносом.
Только когда ассианец хорошо выпил, мужчина улейли доложил:
– Ваша матушка в этот раз действительно разозлилась. В стены коридора по её приказу были вплавлены частицы Ока, и если бы у неё был доступ к вашим покоям, я думаю – здесь тоже установили бы отслеживающие кристаллы. Паланта некоторое время трогать нельзя, – закончил он лениво, осматривая свои ногти, и даже не вздрогнул, когда Медеис швырнул в стену бокал:
– Сука! – сорвалось у ассианца, и он начал вышагивать по разрушенной гостиной, обдумывая ситуацию.
– Хозяин, вам необходимо повременить. У вас есть прекрасные игрушки. Улейли сами жаждут заработать и при этом получают удовольствие от забав. Зачем вам сдалась эта серенькая рилия? – спросил он с недоумением, – Пусть себе живёт, а вы… – не успел он закончить, как передёрнулся от яростного взгляда, который бросил на него ассианец:
– Не лезь не в своё дело!
Медеис остановился и попытался успокоиться. Даже от мысли, что ему придётся отказаться от эмоций Паланта, бросало в холодный пот. Он и сам не понимал – что именно его так цепляет, но энергия девушки для него была самым сладостным наслаждением дурманящим голову. Медеис осознавал, что накануне слишком сильно вычерпал девушку и теперь придётся расхлёбывать последствия, но отказываться от энергии Паланта он не собирался.
Вистан внимательно наблюдал за Медеисом. Он давно прислуживал ему и легко считывал мысли ассианца по мимике, нервным движениям тела, а потому догадался, что тот не отпустит Паланта. Но в отличие от ассианца, его прислужник трезво оценивал ситуацию, которая могла и для него окончиться весьма плачевно. Не желая терять хорошо оплачиваемое место, а возможно и свою жизнь, улейли обдумывал возникшую проблему, а когда решение им было найдено, довольно улыбнулся. Соединив кончики пальцев рук, он задумчиво проговорил:
– С началом сезона дождей вы в любом случае не сможете наслаждаться энергией Паланта.
– Ты думаешь, я этого не понимаю? – начал заводиться Медеис, но Вистан спокойно продолжил:
– Помнится, ваш друг лао Искион как-то обмолвился, что притащил из мира Энтарса весьма занятного специалиста. Тот собирает вещицы, наполненные энергией.
– Артефакты, – заинтересовавшись, подсказал Медеис.
– Да-да, так вот – почему бы вам не обратиться к своему другу, возможно, тот искусник придумает что-то особенное для вас?
Медеис задумался, усмехнулся и, поманив за собой прислужника, направился на выход из покоев.
***
– Это издевательство какое-то! – шипела Даша себе под нос, яростно перелистывая страницы словаря. Она уже несколько дней искала в книгах информацию, которая хоть как-то могла бы ей помочь сбежать с Ареона и всё безрезультатно.
После забав Медеиса, энергобаланс Дарьи привел в порядок седой ассианец лекарь, и не успела Даша прийти в себя, как в её спальню явилась арите Тисифона с допросом.
Даше не нужно было быть психологом, чтобы заметить волнение женщины, но помня свои выводы о том, что ассианка покрывает развращённость и ущербность сына, девушка благоразумно умолчала о случившемся:
– Пришла в покои, зашла в спальню, а дальше… дальше я не помню, что случилось, – проговорила она бесцветным голосом, упорно не отводя глаз от потолка. – Просто переутомление, – прошептала в конце и Тисифона сразу же подхватила:
