– А поискать в библиотеке? Может там, в книгах можно найти зацепку, хоть что-нибудь? – с надеждой спрашивала девушка и вдруг ухватилась за эту идею: – Если мы будем искать вдвоём – мы точно сможем что-нибудь найти! – теперь у Дарьи вспыхнула искра надежды, – Я же научилась читать и мне нужно только разрешение, чтобы попасть в библиотеку!
Эвмей на пару мгновений задумался, а потом, чуть нахмурившись, сообщил:
– К хозяйке точно идти не стоит, а вот лао Дигон может дать вам допуск. Так что когда он прибудет, я найду повод, чтобы обратиться к нему с этой просьбой.
Вернувшись к своим покоям, Даша опять застала того же самого мужчину улейли, который отводил её в покои Медеиса. Девушка вся сжалась, ожидая, что тот опять прикажет следовать за ним. Даже попятилась назад, но тот, заметив её, с едкой ухмылкой приблизился, вложил в её подрагивающую ладонь мешочек и прошептал:
– Хозяин велел передать тебе награду за старания, Палант. Ты ему понравилась.
Отстранившись, улейли хмыкнув, ушёл, а Дарья едва не сползла по стенке на пол.
В покоях девушка отшвырнула от себя бархатный мешочек как нечто отвратительное, но после купания, она вернулась в гостиную и, взяв его, вытряхнула на стол содержимое. Четыре драгоценных камня поблёскивали на столешнице, а Даша прикусив губу, со стороны смотрела на игру света в их гранях.
Внутри извивалась змея отвращения к Медеису и к себе. Девушка чувствовала себя грязной, использованной шлюхой, над душой которой надругались самым извращённым способом.
Импульсивно Дарья чуть не выкинула драгоценные камни с балкона, но вовремя одёрнула себя:
– Мне нужны будут средства, когда я сбегу или для того, чтобы сбежать. Надо спрятать их! – прошептала, собирая камни обратно в мешочек и направляясь в сторону гардероба.
Ещё пару дней прошли в относительном спокойствии, после чего Дашу опять привели к Медеису. В этот раз мужчина улейли, который поджидал её у покоев и сопровождал к старшему наследнику, присоединился к забавам хозяина. Двое мужчин, четыре девушки – они сплетались голыми телами на кровати Медеиса в невообразимый клубок, распадались на части, стонали, хлестали друг друга, и закончилось всё тем, что Даша едва не потеряла сознание.
В покои, которые отвели Дарье, её на руках принёс всё тот же прислужник Медеиса, при этом сразу оставив на прикроватной тумбочке ещё один бархатный мешочек с наградой.
– Вскоре я тебя поимею, рилия, – с усмешкой проговорил мужчина улейли, склонившись над безучастной Дашей. – Ты будешь орать от боли и наслаждения, обещаю тебе, – прошептал он, облизнув губы, и только после этого покинул покои Дарьи.
На утреннее насыщение Биасса, Даша не явилась. Она просто не смогла подняться с постели, потому как полнейшее равнодушие ко всему пронизывало каждую клеточку. Проспав всего пару часов, она лежала в постели, апатично глядя в потолок. Дарья не обращала внимания на суету вокруг сначала прислужниц аюнами к которым присоединился Сафо с незнакомыми ассианцами.
– Лекари напитают её баланс, – делился Сафо с наставником, – но всё равно она не сразу придёт в себя. Вы же понимаете, что я доложу всё хозяйке, и спрос будет именно с вас! – хмуро смотрел Сафо на Эвмея.
Наставник посмотрел на Сафо пронзительным взглядом, мысленно распиная Тисифону и её выродка сына, но на его лице не отразилось ни одной эмоции.
– Естественно. Я думаю – будет лучше о случившемся сообщить хозяину, потому как…
Сафо не дал ему закончить, испуганно перебив:
– Не стоит! Арите, как хозяйка чертогов, сама разберётся. Прошу прощения – я должен идти, – Сафо метнув взгляд в сторону кровати, на которой лежала девушка, торопливо покинул покои Паланта и бегом кинулся к хозяйке.
Спустя полчаса Тисифона металась по своему кабинету в ожидании сына. Первым делом, услышав о случившемся с Палантом, женщина поспешила в покои Медеиса и едва не зарычала от злости, когда не смогла в них войти.
– Лао Медеис с утра отправился к куполу, – доложил прислужник сына, усердно изображая смирение, которого не было и в помине.
Отправив вызов, женщина пыталась подавить ярость, кипевшую вулканом в её душе, но когда Медеис вошёл в её кабинет, гнев всё равно нашёл выход в крике:
– Ты что творишь? Как ты посмел выпить Паланта? Ты хоть понимаешь, чем это грозит?
Медеис знал, что переборщил этой ночью, поэтому был готов к ярости матушки. Молодой мужчина спокойно прошёл к креслу, развалился в нём и только после этого спокойно ответил:
– А что собственно такого страшного произошло? Палант, решив заработать, вчера сама явилась ко мне в покои, и у меня, конечно, есть свидетели. Она без какого-либо давления с моей стороны или принуждения предложила заключить контракт телесной гетеры. Ну, а я в свою очередь всего лишь попробовал её эмоции, – всё это Медеис проговорил спокойно, иногда с ленивой улыбкой, но Тисифона не поверила ни единому слову сына.
