— Нет, но я с удовольствием разденусь, если ты хочешь… Я специально оставила бельё, чтобы твоя тонкая девственная организация не хлопнулась в обморок, — затараторила я.
— Это хорошо, — в его голосе чувствовалась улыбка. — Можешь отвернуться?
Я с трудом оторвалась от его безумно приятной спины, и, не спрашивая отвернулась. Вряд ли он хотел дать мне пинка. Выглядывая из-за плеча, я увидела, что он теперь навис надо мною. Только замер, и лицо его словно окаменело.
— Ах, да, я забыла, у меня-то совсем некрасивая спина, — я поёжилась под внимательным взглядом Троя. — По двадцать ударов за каждую попытку побега… А их штук десять было… Там, должно быть, каша из кожи.
Умом я понимала, что лучше заткнуться, но никак не могла, а Трой вдруг прижался носом к моему уху и поцеловал его край:
— У тебя очень красивая спина, — сказал он шёпотом, и мне вдруг захотелось плакать оттого, как нежно звучали его слова. — Мне просто больно думать о том, что ты пережила.
Его пальцы ласково провели линию по плечу, затем Трой коснулся моей шеи губами. Я не смогла сдержать дурацкий стон. Подалась назад, чтобы ещё сильнее почувствовать сладость. Казалось, ныряю в пропасть, полную тёплого расслабляющего масла. Отдаюсь течению. А ведь это всего лишь поцелуй в шею.
Он прижался ко мне сильнее и всё целовал спину, плечи. Много и сочно, словно сорвался с цепи. Дышал Трой часто, загнанно. Каждый его вздох горел на моей коже. Руки легли мне на живот. Я процедила воздух между сомкнутых губ, чтобы не всхлипнуть. На фоне всей той боли, что я испытывала за последние годы, эта нега сводила с ума.
Ягодицами я почувствовала твёрдость члена. Горячего, напряженного. Он прижимался ко мне, медленно ёрзал по ткани белья, иногда касаясь голой влажной кожи. Возбуждение тонкой щекоткой отзывалось внизу живота.
— Ты моя? — простонал мне на ухо Трой, его сбитое дыхание опалило мочку.
Сомкнув от накатившей волны радости веки, я выронила:
— Конечно, твоя.
Трой не ответил, только прижал меня к себе так, что воздух выбило из груди. Я совсем размякла в его руках, я и правда в эти минуты полностью принадлежала ему. Трой вдруг замер, как-то конвульсивно ещё несколько раз двинул тазом и застонал мне на ухо. Сквозь зубы с рычанием, с оттенком ярости.
На мою ягодицу попала горячая влага. Трой вздрогнул и отстранился от меня, словно в ужасе. Точно одёрнул руку от раскалённого железа.
Ну что ж. Я сглотнула слюну. «Вряд ли он способен хоть на что-то…», — едко вспомнились слова Сантьяго. Если бы четыре года назад такое произошло с любым из моих парней, то я бы подняла его на смех. Потом при каждой встрече бы издевалась.
Я повернулась и посмотрела на Троя. Он отвернулся в угол, как провинившийся мальчик, стыдливо сгорбил плечи и рукой тёр лоб.
— Прости, я тебя испачкал, — через силу выдавил из себя он. — Какой позор.
Вытерев ягодицу губкой, я подошла к нему.
— Не испачкал, а пометил, — как можно добрее усмехнулась я. — Чтобы точно твоя была…
Трой спрятал глаза. Я сделала шаг, протискиваясь между ним и углом, чтобы увидеть лицо, и Трой резким движением опустил руки к гениталиям.
— Ой, да ладно, моё бедро хорошо прочувствовало, что тебе там стесняться нечего, — я приложила ладонь к его щеке. — Всё нормально. Ничего страшного не случилось. Ты…
Мне чуть на язык не легло дурацкое слово «скорострел», но я поняла, что может Троя обидеть.
— Но тут тренировка нужна, — добавила после заминки.
— Замолчи, пожалуйста, и лучше выйди, — как-то обессилено сказал Трой.
— Прости, если что-то не то говорю, — я погладила его нежным движением пальцев вдоль подбородка. — Ничего плохого не случилось. Тебе было хорошо?
— Да, — ответил он, не глядя на меня.
— И мне было хорошо, — я забралась рукой ему в мокрые волосы. — Мне даже приятно, что ты так меня хочешь, что не можешь сдержаться.
Он пошевелил головой, наслаждаясь моей лаской, как щенок. И я обняла его, повиснув у него на шее. Мне даже нравилось, что он поддерживает меня, а в иные моменты сам нуждается в моей поддержке.
— Пойдем отсюда? — спросил он. — Мне пора спать, я бодрствую уже часов тридцать.
Размыкая объятия, я на миг замерла, не решаясь спросить.
— А можно я посплю с тобой? Ну… ничего такого… — слова лились как-то умоляюще. — Буду в одежде. Ты просто обнимешь меня. Исигуро со Смартом на смене. Никто не будет стебать.
Трой молчал.
На просьбу Принс я не ответил. Открыл дверь душевой и вышел в предбанник, где лежала моя одежда. Быстро вытерся и молниеносным движением натянул на себя трусы.
Принс неуверенно вышла за мной. Я краем глаза посмотрел на неё и протянул полотенце.
Меня душил стыд, и хотелось остаться одному. Отвратительное белесое пятно на белье Принс впилось в память и вызывало отвращение к себе. Если бы это случилось на Земле, я не знаю, как бы отмывался от позора. Да никак. Так легко капитулировал перед похотью. На суде Целомудрия назначили бы высшее наказание.
