Трой бы сказал, что я делаю всё, как надо. Это немыслимо грело душу. Я представляла его руку в своей руке. Вспоминала тепло между ладоней. Сейчас нужно держаться за это.
Я снова взглянула на Ареса. Прошлое в прошлом. Сердце только гулко стучало. Громко. Казалось, что комната была наполнена стуком, и все слышат его.
Начальник ВАД нажал на переключатель гермошлема и стекло растаяло скрываясь в воротнике скафандра. И я чётко уловила. Увидев меня, Арес тоже испугался. Он слаб. Уничтожь. Рука опустилась на бластер. Твою мать, как я хотела отомстить за своё унижение, за свой траханный страх, за боль. Арес издевался надо мной почти до агонии. Я выла от боли, когда его люди вырывали мне зубы. Я умоляла о пощаде. Он раздавил меня, как чёртову букашку.
«А я что, твою мать, должна его простить?» — мысленно спросила я у Троя. — «И ему должно сойти с рук то, что он сделал со мной?».
Я улыбнулась назло бессильному гневу, что ещё копошился внутри. Назло ненависти, ползающей под кожей точно трупные чёрви. Я жива, я совсем этим справилась.
Кого я вижу перед собой?
Человека, когда-то причинившего мне боль.
Не то.
Кого я вижу перед собой?
Мужчину, который пришёл безоружным на корабль врагов. Отца, чьи глаза испуганно озираются в поисках сына. Я выдохнула, чувствуя, как гнев отступает. Чтобы Арес мне ни сделал, это в прошлом. Сейчас на кону большее, чем моя личная месть.
— Где Винсент? — спросил Арес, стараясь смотреть на Альдо.
— Говори с ней, — сказал тот, показывая на меня. — Она здесь главная.
Альдо сказал это так, что между моих лопаток прошла волна мурашек. Я главная. Да. Я сильная. Я другая. Я не рабыня своего прошлого. Если бы Альдо слышал мой поток мыслей, он бы посмеялся.
— Винсент здесь, — спокойно сказала я. — С ним всё в порядке.
Я открыла окошко двери в основной шлюз, там торчала рожа Винсента. Он, видимо, пытался подслушать, что мы говорим.
— Видите, мистер Лякриян.
Он подошел к двери, внимательно взглянул на сына. Облегченно вздохнул:
— Спасибо…
От его благодарности я чуть было не захлебнулась в новой волне злости. Но быстро успокоила себя. Хотелось высказать Аресу, что пусть в задницу засунет свою благодарность, но я умудрилась остаться внешне невозмутимой.
— Мы надеемся на что-то большее, чем спасибо, — сказала я, переглянувшись с Альдо.
— Да, вот, — он протянул мне круглый носитель данных. — Здесь коды свой-чужой. А проверка на Альфа Центавра уже инициирована.
Арес медленно открыл свой планшет, показывая голограмму документа, внизу светилась надпись «Отправлено».
— Документ выглядит подлинным, — Альдо почесал бороду. — Сколько продлится проверка?
— Месяц, возможно полтора, — сказал Арес, всё ещё не отрывая взгляда от Винсента. — Там действительно есть проблемы. Пока проверка будет идти, корпорации придётся умерить аппетиты.
— Хорошо бы полтора, — добавила я. — Винсент ваш единственный сын?
— Сделаю, что смогу, — как-то проблеял Арес, широко открыв глаза. — Да, единственный. А что?
— Ничего, просто вы рискнули всем, притащившись сюда ради сына, — как-то совсем расслабившись, сказала я. — Раньше имперцы никаких пленных не обменивали.
— Времена меняются. Мне удалось обойти систему.
Я нажала на кнопку, отрывая дверь, и Винсент вышел к нам. Он смотрел на отца виновато, подошёл к нему. Лицо Лекрияна вдруг с какого-то легко встревоженного превратилось в такое радостное, что вот-вот треснет слезами. Арес был настолько рад видеть сынка, что даже не злился. И я почувствовала, что совсем не испытываю к нему ненависти.
Винсент через несколько мгновений отстранился от отца и подошёл ко мне.
— Спасибо, что открыла мне глаза и сохранила жизнь. Трою тоже передай мою благодарность, — он смущённо улыбнулся. — Если разрешишь, я хотел бы тебя обнять.
Мне захотелось рассмеяться. Ох уж эти имперские обычаи, но с другой стороны так мило, когда они спрашивают. Вспомнилось, как Трой спрашивал, можно ли меня взять на руки.
— Обнимай, если у вас это считается достаточно приличным, — усмехнулась я. — И тебе после этого не нужно будет на мне жениться. Я занята.
— Обниматься можно, — сказал он, обнял совсем невесомо и шепнул. — Я найду способ вам помочь.
— Только сюда больше не суйся, не все добрые, как мы, — так же тихо ответила я.
Мы разошлись. Винсент ушёл к отцу, встал за его спиной. Арес протянул мне руку, и я секунд десять думала, прежде чем её пожать. Мне всё равно было чудовищно сложно. Преодолевая себя, я пожала его ладонь.
Он завис, разглядывая моё лицо, о чём-то серьёзно думая.
— Ты восстала из пепла, как феникс. Моё уважение, Принцесса. — сказал Арес.
— Мисс Принс Гонсалес, — поправила его я.
— Я просто надеюсь, — он вдруг притянул меня ближе к себе, и я чуть не выхватила бластер, но он продолжил шёпотом: — Что прошлое не помешает нашему дальнейшему сотрудничеству. Расстановка сил должна измениться, и нам лучше быть на одной стороне.
Он вложил мне в руку сферический передатчик.
— Используйте только в крайнем случае. До встречи, — произнёс Арес, и они с Винсентом, когда тот надел скафандр, вышли из нашего челнока.
