Телла любит три вещи: алкоголь, таблетки успокоительного и Леона. Она наслаждается, расслабляется и терпит унижения, паразитарное и похабное отношение. Вся её жизнь – сплошное недоразумение, на которое всем, собственно, наплевать. Телла смотрит на неоновую вывеску "Грэг" и не понимает, почему та неоновая. Она же сделана из аргона, чёрт возьми. Дискриминация чистой воды. Телла мечтает, что когда-нибудь сможет оставить прошлое за бортом. Но при этом знает, что, к счастью или сожалению, её мечты никогда не сбываются.Содержит нецензурную брань.
Пролог.
– Хэй, Торранс, налей-ка мне ещё один стаканчик!
– А, может, лучше уже вышвырнуть тебя отсюда?
Зычный прокуренный голос бармена заставил Теллу вздрогнуть, но она всё равно упорно била по стойке.
– Ты чего такой злой? С клиентами, вообще-то, так не разговаривают.
Аквамариновые глаза были направлены на периодически мигающую неоновую вывеску "Грэг".
– Да какая ты клиентка? Издеваешься надо мной, Морган? Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Хватит на сегодня выпивки.
Раздался последний удар, и девушка слезла с высокого стула. Чуть покачнувшись, небрежно отмахнулась.
– Ну и ладно.
Грэг устало вздохнул. Подруга надоела ему до боли в животе. Отчего-то именно справа.
Светло-сиреневого цвета шевелюра в последний раз мелькнула у двери и скрылась в ночной темноте. Торранс обернулся и взглянул на светящееся нежно-голубыми тонами своё имя.
«
Мужчина взял тряпку, протёр небольшой слой пыли с ламп и улыбнулся. Ему нравился его бар, в отличии от пристрастия Теллы к спиртному.
А ведь всё из-за этого подонка, что сейчас, скорее всего, находился в обществе очередной легкодоступной девицы. Грэг стал массажировать веки. Разом навалилась усталость.
***
– Сдохнуть проще, ей богу.
Лёгкий ночной ветер растрепал волосы. Одна короткая прядь на носу, другая во рту. Телла плюнула и уставилась на слюну стеклянным взглядом. Та медленно текла, смешиваясь с грязью асфальта.
Резко подняв голову, Морган увидела усеянное звёздами небо. Только через минуту промелькнула мысль, что их как-то многовато. У неё двоилось в глазах.
Стелла растёрла слюну ботинком и, пошатываясь, побрела под тускло светящими фонарями в следующий бар.
Первая.
– Послушай, я перезвоню позже. У меня дела, Шер. Всё, давай, пока.
Телла раздражённо бросила мобильник обратно на пружинистый диван. Телефон ненадолго подпрыгнул, потом приземлился обратно.
Голова раскалывалась. Глаза опухли. Изо рта несло чем-то кислым.
После очередной попойки сначала у Грэга, а потом ещё где-то в трёх-четырёх левых барах, Морган хотела сдохнуть. Не умереть, а именно сдохнуть.
Вздохнув, Телла встала и пошла умыться. Смыть с себя всю прошлую ночь и снова отправиться покорять Сиэтл – второе после сдохнуть желание.
Сиреневые волосы были в полном беспорядке, что можно сказать и о самой жизни девушки. У неё всегда и везде царствовал беспорядок. Он душил, но жить с ним было приятно. Из-за недостатка кислорода в крови, наверно.
Холодная вода освежала, дарила бодрость. То, что сейчас было жизненно необходимо, скорее всего, не спасло бы её от похмелья, но как минимум избавило бы от навязчивых и тошнотворных мыслей о Шервуде.
Слишком слащавый парень, которому повезло прийти в жизнь Теллы в самый подходящий для него момент. Тогда, когда она была сломлена, растоптана и унижена. А теперь от него никак не получалось избавиться. Морган казалось, что Шер уйдёт от неё лишь в одном случае – если умрёт. Сдохнет.
Нет, он был хорошим. Даже чересчур. Не его вина в том, что Стелла любила другого.
Сварив себе латте, девушка села за круглый бежевый стол. Посередине стоял милый кактус, об который она всё время укалывалась, но духу не хватало убрать. Слишком милый.
Телефон, который Телла взяла с собой, чтобы полистать ленту инстаграма, разразился песней "Die Die My Darling". Морган закатила глаза и приняла вызов.
– Что опять?
– Мы не договорили. Где ты вчера была? – раздался тенор, который сегодня она уже слышала.
– У Грэга.
– Выйди, я жду у подъезда.
Шервуд сбросил, Телла хмыкнула. Возмущённый тон совсем ему не шёл. Томпсону бы в хоре петь, а не ссориться.
Но всё-таки девушка надела пальто, закинула в рот мятную жвачку и вышла из квартиры. Какая-то нелепая жалость к нему заставляла снова и снова брать трубку, идти на встречу и оправдываться, делать вид, что не всё равно.
Телла заметила Шервуда. Блондинистые волосы развевались на холодном ветру, а руки он засунул в карманы серого бомбера.
– Я говорил с Грэгом. Он сказал, что ты ушла от него в десять.
Встав рядом, парень бросил на Морган укоризненный взгляд.
– И что? – невозмутимо ответила девушка. Её не очень волновала эта избитая ситуация. Не в первый раз она пила ночь напролёт и потом выслушивала нотации от Шера.
– Ты не пришла домой в десять! Где, чёрт возьми, ты была? У
Теперь спокойное состояние Теллы как рукой сняло. При
– Сколько можно приплетать его, а? Я просто бухала! Мне не пятнадцать, имею право. Ещё хоть слово по этому поводу, и ты меня никогда, понял, никогда больше не увидишь!
От такого напора Шервуд отступил. Стелла молилась – пусть скажет ещё что-нибудь. Тогда будет причина расстаться.
