Аргон полностью

– Ну, это только ты не думала. – Бейли перестал играться с локоном Теллы и взял её за подбородок, подвигая к себе. – Ладно, мне, честно говоря, насрать на ваши отношения. Я по другому вопросу. – Лео многозначительно замолчал. Изо рта у него пахло сигаретами и мятной жвачкой, а изумрудные глаза опять вводили в гипнотический транс. Морган невольно придвинулась ближе. – Ты хочешь снова быть со мной?

По девушке как будто проехали поездом. Она резко отстранилась и закрыла лицо ладонями.

«Да сколько можно шокировать меня? Сначала Грэг, теперь это. Очередная игра знаменитого Леона Бейли?».

– У меня есть парень… – неуверенно начала Морган, но Леон её перебил:

– Не смеши меня. Этот молокосос? Вы, поди, даже не спали. – Стелла не знала, что на это ответить, ведь Бейли как всегда был прав. – Ты же любишь меня, Теллур, не придуривайся.

Парень произнёс последнюю фразу с такой нежностью, что по телу как будто пустили электрический ток. Внутри боролись две стороны: за и против этого опрометчивого и соблазнительного поступка одновременно. Вспомнились утренняя речь Грэга про свободу и мягкие губы действительно до сих пор любимого человека.

«Как не крути, я жива только рядом с ним. Только он способен спасти меня от постоянного алкоголя и одиночества. Боже, как я боюсь одиночества. Что если я больше никогда не полюблю? Как угодно, лишь бы не как родители. Ненавидеть, но спать вместе, вот, что ждёт меня рядом с Шэром. Торранс не поймёт, но чёрт с ним. Не так уж я и важно для него, раз он так поступает. Я ведь свободна, как Грэг говорит, поэтому могу делать то, что посчитаю правильным. Так же правильно?».

Глубоко вздохнув, Телла посмотрела в прекрасные дурманящие глаза Леона.

– Хорошо, давай попробуем.

Бейли кивнул, совершенно уверенный, что так и будет. Куда денется его послушная игрушка? Но он неожиданно перешёл на деловой тон и сказал:

– Отлично. Но тогда ты должна сделать кое-что для меня.

Двенадцатая.

Телла в чёрном широком худи и шортах до колен сидела в кафе и ждала Томпсона. Знакомый фикус так и не протёрли, а за окном снова опускалось солнце. Девушку накрыло дежавю.

Леон ушёл, попросив выполнить одно дело. Стелла обещала подумать, но Бейли был твёрдо уверен, что она согласится. Перед уходом он наказал придти завтра в клуб «Раймонда» ровно в десять вечера.

Согласиться на просьбу Лео было полным безумием, и Морган это понимала. Но что если она откажется, и парень бросит её снова? Всё-таки Телла любила его. Разве любить не значит жертвовать чем-то ради любимого?

Голова трещала, неприятный разговор с Шервудом пугал, а слова Леона насчёт любви Грэга не отпускали и, словно навязчивая муха, кружились где-то на задворках подсознания. Морган не могла поверить в это.

«У Торранса постоянно какие-нибудь девушки. Какая, к чёрту, любовь? Столько лет мы знакомы и дружим, нельзя же терпеть и молчать всё время. Бред. Очередная шутка Бейли. Стоит ли даже проверять?»

Тем временем за столик молча подсел Шер. Телла сначала даже не заметила его, поэтому парень кашлянул.

– Привет, – тихо сказал он.

– Прости, задумалась, – Стелла чуть улыбнулась. – Привет. Хочешь чего-нибудь?

Томпсон был в бежевом свитере с белой рубашкой под ним и в серых брюках.

«Какие же они разные, – подумала девушка. – Леон обожает чёрный, а Шер всё светлое. Просто демон и ангел, блин».

– Может, по кофе?

Морган изогнула бровь.

– Ты же не любишь его. Да и кто пьёт кофе вечером? – спародировала она голос парня.

– Тот, кто не собирается спать ночью.

Стелла ещё больше удивилась. Что этот пай-мальчик собирается делать ночью?

– Ты меня пугаешь. Ну-ка, колись, что задумал?

Шервуд усмехнулся и выдал совершенно неожиданную вещь:

– Буду пить. – Глаза Теллы расширились, и парень, заметив это, рассмеялся. – Не падай в обморок, всего лишь пригласили на студенческую вечеринку.

Морган, поняв, как глупо выглядела, тоже рассмеялась. Когда она успокоилась, то подозвала официантку.

– Один капучино и латте, пожалуйста, – продиктовала заказ Телла и, после ухода симпатичной девушки-блондинки, покосилась на Шера. – Насколько я помню, единственный кофе, который ты переносишь, – это же капучино, да?

Томпсон утвердительно кивнул. Повисло неловкое молчание.