— Что ж, — вдруг раздалось откуда-то сверху, и это говорил явно не Базалес. — Давно я не видал подобных развлечений. Нет большей радости, чем наблюдать за смертными, терзаемыми своими умопомрачениями.
Все на постаментах принялись озираться.
К слову, часть воинов, что долго приходили в себя, уже стояли на ногах и тоже, растерянно оглядываясь, искали источник голоса.
— О-о-о, здесь и бессмертные создания, в поисках власти и признания, готовы положить на кон свое бессмертие и позабыв о горечи бесчестия, ждут всевластья и веселья.
Базалес запрокинул голову и рыкнул. К слову, его было слышно всем, это я сразу понял.
— Выбирая испытание, я и забыл, какой нудный бог его придумал. О, Зириус, бог бесполезных театралов и распутных развлечений, может, уже прекратишь разглагольствования и объявишь условия твоего представления? А то я чувствую присутствующие скоро заскучают и вовсе уснут.
В купол Базалеса ударила ярко-оранжевая молния, но лишь растеклась. Дьявол принялся хохотать:
— Как же ты ты глуп и неразумен древний бог. Ты ведь пытаешься нарушить правила, которые ты сам и установил.
— Пускай этот бог и прозябает среди забвения, он всегда найдет место для верного наущения.
— Хотя бы в рифму перестань говорить, — снова захохотал Базалес. — Получается у тебя до ужаса скверно.
На голову дьявола обрушилось еще несколько молний, правда, снова безрезультатно.
Да, здесь происходит явно что-то странное. А Базалес что-то очень уж веселый. Либо знает о чем-то таком, что даст ему преимущество, либо это от отчаяния. По крайней мере, уж слишком много тут бойцов, и мало демонов. Если здесь будет свалка все против всех, Базалес, будет явно в меньшинстве, и, вероятно, тогда надежда на победу будет очень мала. По крайней мере, я так просто точно не сдамся и меня он с легкостью не победит даже один на один. Это еще вопрос, кто одержит верх, а учитывая, какие силы здесь собрались, у Базалеса не так-то много шансов.
— Сколько разных страстей, сколько разных целей. Кто-то сюда пришел принести себя в жертву, кто-то вознестись на олимп, а кто-то в надежде урвать хоть какой-то кусочек благоденствия для себя. Здесь так просто и не решить, какое испытание достойно для присутствующих. Часть смертных, что слабы и не способны развеять мою скуку, лишь доказали, что они глупы, а значит, сами пошли на свою погибель.
Раздался щелчок пальцев, будто кто-то огромный, щелкнув пальцами, выключил свет. Я увидел, как на части столбов завалились фигуры воинов. Они просто валились один за одним прямо на пол. Затем их постаменты, которые, казалось, до этого светились изнутри, принялись угасать, а потоми вовсе стали разрушаться и осыпаться вниз на гранитный пол осколками.
— Другие сюда пришли во имя справедливости, а справедливость, как нам известно, слишком дорога, чтобы ее себе могли позволить простые смертные, не обладающие властью и драгоценностями. Поэтому, что мне остается? Не убивать же их. Надо повысить им шансы и дать немного в займы.
Да уж, не хотелось бы становиться должником у бога, тем более безумного.
Я вдруг увидел, как метрах в ста от меня, один из воинов вдруг упал на колени и принялся значительно увеличиваться в размерах. Его лицо показалось мне знакомым. Это был Ксенос, защитник мира поражённого инферно. Его руки и ноги стали такими большими, что одежда на нём просто лопнула, доспехи повисли и осыпались наземь. Его глаза принялись светиться голубым светом, и, кажется, даже принялись испускать электрические разряды. Чуть поодаль я увидел еще пару таких же здоровяков. Очень интересно. Что это за метаморфозы. А какие конкурсы у этого бога интересные.
— А кто-то прибыл сюда с целью наживы, и этим хитрецам нужна лишь толика удачи. Они и сами свое урвут.
Ничего не произошло, сколько я не оглядывался. Но чувствую, кто-то получил свои бонусы от не совсем адекватного бога.
— Кто-то бросился из мести, кто-то за властью сюда пришел, а кто-то потешить самолюбие и устроить вокруг свой произвол.
— Да хватит уже твоих рифм, проклятый комедиант! — вновь взревел Базалес.
А я вдруг почувствовал неожиданный прилив сил, будто в меня принялись закачивать магическую энергию. Постамент подо мной вдруг стал мягким. Я понял, что он принялся крошиться и превращаться в песок. Ну вот это царский подарок. Интересно, а к чему меня отнесли: мстителям, властолюбцам или к гордецам. И будет л мне выставлен счёт за такую милость?
Прислушиваясь к себе, я даже упустил часть речи, которую произносил неизвестное мне божество. Однако вдруг заметил, что количество постаментов уменьшилось. Опаньки! Хотя разрушений я больше не замечал. И что же я упустил.
Принялся озираться по сторонам.
— Жаждущие покоя, вы мне здесь тоже не нужны, вы и так поработали на славу, поэтому вас тоже отправляю домой. Не с пустыми руками, а с дарами. Еще часть людей, и, к слову, один довольно крупный демон, стоящий метрах в пятидесяти от меня, также принялись растворяться. Причем у демона на клыкастой морде расплылась блаженная улыбка.
