Опять же, безумный бог развлечений их отсортировал для участия в этой битве. Значит, они вполне могут бросить вызов дьяволу и показать себя.
Я пытался отыскать глазами Лидиуса, но здесь его не нашел. Судя по всему, божество решило, что это не его битва, и отправило его на какую-то другую сцену, где будут решаться иные судьбы. Очень интересно. Знать бы, какие причины двигают теми воинами и чего они хотели получить от этого испытания.
По крайней мере, Лидиуса я отчетливо видел перед тем самым моментом, когда божество оглашало свои планы.
Граф Медведев, поймав мой взгляд, приветственно кивнул мне. Даже выхватил меч и отсалютовал. Я уважительно кивнул в ответ. Ну что ж, он так хотел сразиться со мной бок о бок в настоящей битве, вот ему это и предстоит. Один только момент меня смущал, его я прочел в глазах Лупицкого. Он переживал о том, что воины их мира не смогут вернуться обратно к себе домой, к их семьям. Он явно был не рад тому, что я тоже оказался на испытании.
К слову, демона Баладура здесь не было. Ему все эти битвы никогда не нравились. Уверен, он дождался, когда закончится призыв и сейчас отправил своих воинов собирать сокровища, артефакты и другие ценности с поля боя. Этот никогда своего не упустит. Всегда заберет свою выгоду.
Пока я оглядывал всех участников, постамент, на котором расселся Базалес, вдруг засветился золотым свечением. Дьявол поднялся, принялся озираться. Купол его тоже засиял и принялся истаивать.
Сверху донёсся громогласный голос:
— Жил-был на свете юный дьявол, хотел он власти и стать величайшим из величайших. Попрать ногами древних монстров. Возглавить их. Очень амбициозная, но среднестатистическая цель для любого представителя мира Инферно. Опытные дьяволы даже не обижаются, когда видят подобных этому дьяволенку, — голос рассказчика сделался смешливым, а в руках Базалеса, по крайней мере, трех оставшихся, проявилось оружие.
Пока что сиял лишь постамент Базалеса. Я вдруг заметил, что пол стал вновь подниматься, но вот только не одной плитой, а маленькими столбиками, будто мозаикой выстраивая причудливый узор, примыкая к постаменту Базалеса и делая его все шире и шире.
Теперь я понял замысел этого испытания. Видимо, это будет серия поединков между участниками. Ну а рассказчик попытается сделать из всего этого шоу для великого эпоса.
Голос продолжал звучать:
— Дьявол не был самым умным, но он был необычайно хитер. Учился у сильных, учился у лучших. Продавал все, что мог за малейшие крупицы власти и мощи. Он охотно продавал свою душу, силы и время за то, чтобы стать хоть чуточку сильнее. И сокрушил он несколько миров под владычеством других дьяволов. Но вот однажды инферно достигло нового мира, где встретилось с достойным соперником. С адептами магии разума…
Ну да, понаблюдать и отсидеться в стороне, похоже, не предвидится. По тому, как мозаичный пол вдруг стал выстраиваться стремительнее, а мой постамент вдруг принялся посверкивать золотом. Сначала неспешно, но с каждой секундой все ярче и ярче. А дорожка принялась выстраиваться прямо ко мне, с каждой секундой увеличиваясь и стремясь расширится, и превратиться в однородную плиту.
Я заметил, что дорожка зазмеилась не только ко мне. К нескольким архимагам из моего мира тоже устремились такие же ветвистые тропинки, созданные причудливой божественной магией.
— Столкнулись два мира, — продолжил вещать бог, — чуждых и непонятных друг другу и от того являющихся идеальными соперниками. Серп натолкнулся на камень, и началось противостояние, растянувшееся на триста лет. Древние маги, взращенные этим миром, стремящиеся к власти и познанию, получили прекрасный тренажер для своих будущих подвигов и завоеваний. Вот только, как они распорядились подаренным судьбою шансом…
Базалес принялся озираться. Он бросал взгляды то на меня, то куда-то себе за спину, туда, где расположились воины из моего прежнего мира.
Остальные же участники с интересом наблюдали за происходящим. Многие с удивлением бросали взгляды на меня, не понимая, какое отношение ко всему этому имеет подросток.
Энергетический купол, повисший над моей площадкой, принялся подрагивать, а свет его начал тускнеть. Кажется, скоро мой выход.
Я прислушался к себе. Песок под ногами охотно отзывался на мой призыв, но что-то мне подсказывало, не зря Базалес злил бога и отказывался от него подарков. Как бы потом не пришлось за это расплачиваться. Но об этом подумаем позже. Сейчас следует озаботиться собственной защитой, ещё атакой.
С одной стороны, можно задуматься, как интересно Базалес распорядился своей судьбой и на какой риск он решил пойти. С другой стороны, здесь ведь собрались защитники нескольких миров, и, если Базалес сможет убить здесь всех, значит, три мира останется без защитников, а он сможет занять их по праву. Поэтому вопрос хороший, насколько для Базалеса эта история рискованная. Да, он подставляется, идя в открытое сражение, но зато он не рискует расшатать равновесие мироздания и получить кару. Зато получил шанс одержать победу над всеми противниками разом.
