<p>Ты</p>Шут, что доволен сам собой, встав на руки,Ноги – к звездам, голова – луна,С жабрами, как рыба. Весь – здравый смысл.Твердое «нет» – шуткам дурацким.Сам на себя намотан, как на катушку – нить,Ловишь в себе ты тьму, словно сова,Позорно молчишь с Четвертого июляДо Дня дураков,Ах ты, великий мой человек, маленький мой ленивец!Неуловимый, точно туман, искомый, будто письмо,Ты от меня – дальше Австралии.Атлант согбенный, прославленный странник — креветка.На людях – важная шишка,А дома – как килька в банке,Как на угрей верша – сплошные дырки.Ты ж мой прыгучий боб мексиканский!Правильный, будто проверенный тщательно счет,Чистый листок бумаги портретом своим – на нем.<p>Жар – 103°<a l:href="#n_2" type="note">[2]</a> по Фаренгейту</p>Чистая? Что это значит?Адского пламени языкиСкучны и унылы, словноТри языка глупого, толстого Цербера,Пыхтящего грустно у врат. Не способного дажеВылизать толкомПышущий жар сухожилий, грешных, грешных и грешных.Плачет фитиль.Нестираемый запахСвечи задутой!Любовь и любовь, и низкие клубы дымаТянутся следом за мною, как шарф Айседоры. Я в ужасе: шарф такойМожет поймать в ловушку и к колесу приковать.Дым этот – желтый, угрюмый —Сам для себя стихия. Он вверх не взмоет,Но станет кружить по планете,Душить бессильных и старых,Ребенка слабого,Дитя тепличное, спящее в колыбели,Жутковатую орхидею,Что в висячем своем саду качается тихо.Дьявольский леопард!От радиации стал ты белымИ умер в течение часа.Он умащает прелюбодеев тела,Как хиросимский пепел. Въедается в кожу.Грех. Грех.Дорогой, я всю ночь напролетВыключателем щелкала – снова, снова и снова.Простыни – тяжелее, чем поцелуй развратный.Три дня и три ночи – вода с лимоном,Куриный бульон, вода,От которой тянет блевать.Я слишком чиста для тебя. Я слишком чиста для любого.От твоего телаМне больно, как больно Богу от нашего мира. Я – светоч.Моя голова – лунаИз японской бумаги, золотая избитая кожаБесконечно изящна, дорога бесконечно.Неужто ты не дивишься теплу моему? А свету?Я – одинока, я вся – будто большая камелия.Свечу. Восхожу и скрываюсь, мелькаю, мелькаю светом.Кажется, я – на восходе.Вот-вот я взойду на небо, —Летят раскаленные капли металла, как бусы. Люблю, я люблю, я —Чистый ацетилен,Я – Дева СвятаяВ окружении роз,Поцелуев и херувимов,Или что они там такое, да не важно, что это за штуки!Нет. Не ты и не он,И не он, и снова не он(Все мои «я» слетают, как юбки стареющей шлюхи), —В Рай.<p>Встреча с пчелами</p>
