Одновременно с работой над «Севильским», по рекомендации Гуго Ионатановича, я стал готовиться к Международному конкурсу вокалистов в Мюнхене. Этот конкурс проводился под патронажем Радио корпораций. Состоял он из трех туров. В двух первых турах программа строилась из различных произведений западных и русских композиторов по выбору конкурсанта. Третий тур должен был проходить с оркестром. Мы с Гуго Ионатановичем приложили все усилия, чтобы попасть на этот конкурс. В Москве очень придирчивая комиссия отбирала певцов для поездки. В конце концов, от Советского Союза были отобраны солист Ленинградской капеллы им. М. И. Глинки Г. В. Селезнев и я. Кроме певцов, параллельно был еще конкурс духовых квинтетов. Туда тоже отобрали музыкантов из нашей страны. От Советского Союза в состав жюри вокалистов была приглашена Ирина Константиновна Архипова. С Ириной Константиновной заочно я был знаком еще со времен школы. Моя мама старалась развивать меня музыкально, и часто мне доставала билеты или в Большой или в его филиал. И вот, однажды, она принесла мне билет на оперу «Кармен». Мама меня предупредила, что, как ей рассказали, в Большом появился новый хороший тенор Филипп Пархоменко. Я принял это к сведению и пошел слушать нового певца. Пархоменко, конечно, был хороший тенор с красивым голосом и полным диапазоном. Но меня потряс не он, а его партнерша, тогда еще неизвестная (во всяком случае, мне) Ирина Архипова. Я был просто очарован. Какой голос! Какое владение голосом! Какая осанка! Какая сценичность! Какая естественность! Не было ни одной вещи, которая бы не вызывала восхищения. А как она пела сцену гадания, просто мороз по коже. Придя домой, я сказал маме, что Пархоменко, конечно, хороший тенор, но вот Архипова выше всяких похвал. Это имя я запомнил навсегда. И когда в 1959 году она вместе с Марио Дель Монако пела в Большом «Кармен», а спектакль транслировали по TV, я не мог оторваться от экрана. Слушать их было огромное наслаждение. И, несмотря на то, что Марио Дель Монако был уже мировой звездой, Архипова ни в чем ему не уступала. Вот таково было мое первое заочное знакомство с этой Великой певицей. Потом, когда я уже был в театре, то непосредственно познакомился с Ириной Константиновной. Я увидел, что она была проста в общении. Женщина, с которой можно было прекрасно что-то обсудить, о чем-то посоветоваться. Она часто давала мне очень полезные советы, которые мне очень помогали. Но, к великому моему сожалению, она никогда не была мне партнершей. Даже, когда мы пели в одном спектакле, наши роли не пересекались. К примеру: в «Борисе Годунове» она пела Марину Мнишек, а я Юродивого. Или в «Царской невесте» она пела Любашу, а я Лыкова, в «Снегурочке» она пела Весну, а я царя Берендея.
Конкурс в Мюнхене был для меня окружен целым рядом приключений. В то время прямого авиасообщения между Москвой и Мюнхеном не было. Сначала надо было долететь до Восточного Берлина. Потом на специальном автобусе, который курсирует из одного аэропорта в другой, пришлось ехать в Западный Берлин. И оттуда уже лететь в Мюнхен.
Мюнхен – это первый капиталистический город в моей биографии. Как нас здесь в Москве запугивали (предупреждали), что нас будут всячески провоцировать, что могут втянуть в какое-либо непотребное действо – я не очень верил этому. Мной владела логика: какой смысл меня – певца – провоцировать. Я не изобретатель, никаких госсекретов не знаю, ни в каких стратегически важных проектах не участвовал. А предположить, что кто-то будет пытаться у меня выведать секреты вокальной технологии, я не мог. Я спокойно ходил по улицам, рассматривал все новое, необычное. Поселили нас в студенческом общежитии – очень уютном здании. У каждого из конкурсантов была отдельная комната со всеми удобствами. Мне там было очень хорошо. Только до зала, в котором проходил конкурс, было далеко ходить, а на трамвае ехать было дорого. Но, ничего, справились.
Конкурс проходил непосредственно в зале радиостанции под названием «Bayerischer Rundfunk», т. е. Баварское радио. Зал был большой, весь уставлен различной аппаратурой для звукозаписи. Претендентов на участие в конкурсе было всего… 96 певцов из разных стран. Правда, женский и мужской конкурсы проходили раздельно, параллельно и премии были тоже разделены. Каждый конкурсант должен был представить следующую программу: двенадцать романсов, охватывающих все стили и эпохи, начиная с доклассического стиля и кончая современным, три концертные арии или арии из ораторий, три оперные арии и две оперные партии. Как видите, программа очень насыщенная. На первом туре была некоторая свобода: участник сам выбирает, что ему петь. Но на втором туре жюри уже назначало, какое из заявленных произведений они хотели бы послушать. Сообщали об этом непосредственно на сцене перед выступлением. Акустика в зале была очень хорошая, поэтому петь было легко. Как я пел мне трудно говорить, но я прошел на второй тур, затем на третий. Третий тур проходил с симфоническим оркестром в большом очень красивом концертном зале. Был полный аншлаг.
