Ария длиною в жизнь полностью

Читатель может подумать, что я слишком субъективен. Но, нет. Вспомним Г. П. Вишневскую, которая, возмущенная, ушла с середины спектакля «Евгений Онегин», Е. В. Образцову, ушедшую с репетиции оперы «Пиковая дама», которая возмутила ее. И она отказалась от участия в новой постановке. А совсем недавно знаменитый драматург и историк Эдвард Радзинский в еженедельнике «Вечерняя Москва» (№ 23 13–20 июня 2019 года) написал статью по поводу выхода своей новой книги под названием «Бабье царство – русский парадокс». В книге описана эпоха царствования наших цариц Елизаветы и Екатерины Великой. В середине статьи Эдвард Радзинский отдельным абзацем выделяет следующую мысль:

«Я бы с удовольствием написал об этой эпохе для театра. Но писать сейчас не для кого, а театр «веселый». Мои режиссеры уже беседуют с Господом, а эти неинтересны, штукари, писать не для кого». И далее, уже в конце статьи, он снова со всей присущей ему язвительностью, возвращается к этой проблеме.

«Если я и говорю обидные вещи о современном театре – я не прав. Каждому времени свой театр. Этому времени – этот. Им весело, когда с баяном выходит Ольга из «Евгения Онегина», а сам Онегин постоянно пьет. Это действительно смешно. И все пьют во всех спектаклях. Или возьмем современного Фигаро, который все время говорит «блин». Действительно забавно. Правда, он плохо произносит главный монолог про любовь, но это уже не важно. Зато «блин» говорит здорово. И видно, что режиссер постоянно думает: чем я еще буду удивлять. Сидит и думает, обсыплем углем героиню «Дворянского гнезда»…Как видите, я не одинок. Впрочем, если обратиться к истории, то можно вспомнить футуристов, начала ХХ века. Они тоже проповедовали…весь мир…разрушим до основания, а затем… И А. С. Пушкина они предлагали сбросить с корабля современности. Как уже известно, в результате получается разруха. Где сейчас те футуристы (авангардисты по нынешним меркам)? Что они создали? Ничего. Ну, а А. С. Пушкин продолжает стоять на капитанском мостике корабля современности.

10 мая 1978 года не стало замечательного дирижера Бориса Эммануиловича Хайкина. Его можно назвать последним из могикан. Он оставался единственным представителем целой эпохи прошлого поколения, прошлой культуры, прошлого БЕРЕЖНОГО отношения к искусству, к музыке. Мне было его очень жаль. Много страниц моей жизни и моего творчества, очень много спектаклей было связано с Борисом Эммануиловичем. Уважительность к нему не позволяла некоторым очень активным «реформаторам» оперного жанра пуститься, что называется, во все тяжкие.

Немного хочу остановиться на дирижерах театра. К сожалению, я не застал в театре Е. Ф. Светланова. Он покинул театр незадолго до моего появления в нем. О Б. Э. Хайкине и Г. Н. Рождественском я уже писал. Когда я только пришел в театр, мне мои знакомые из оркестра (а там много было людей, которых я знал еще по консерватории) рассказали, что в оркестре есть прозвища двух диаметрально противоположных по темпераменту дирижеров. Одного назвали Шустрик, другого Мямлик, по аналогии с известным мультфильмом. Шустриком был Альгис Марцелович Жюрайтис, а Мямликом – Марк Фридрихович Эрмлер. Они, действительно, очень соответствовали этим персонажам. Эрмлера еще звали «Спящий красавец». Марк Фридрихович, действительно был очень красивым мужчиной. Когда он стоял за пультом, просто можно было портрет писать. Но он был очень флегматичен. Дирижируя оперой «Евгений Онегин», во втором акте, во время котильона, он просто складывал руки на груди, и оркестр играл сам по себе. Но, надо отдать ему должное, он был очень чуткий дирижер и всегда шел за певцом. После этого же котильона идет наша сцена с Онегиным (Ты не танцуешь, Ленский). Здесь я всегда делаю accelerando (т. е. постепенное ускорение) чтобы показать постепенное нагнетание скандала. Марк Фридрихович всегда шел за мной, хотя это accelerando делают совсем не все певцы.