Хорошо знакомое чувство, когда просыпаешься утром и не сразу можешь сообразить, на каком ты свете. Особенно если во сне метался по твоей квартире Борис Борисович Гребеншиков собственной персоной с огромной шкатулкой, в которой гремели чьи-то драгоценности. Или если, опять же во сне, наполеоновские солдаты вновь входят в Москву и мародерничают без удержу.. Или если привидится такой сон (в ночь с 12 на 13 января 1999 года – уже прошлый век, подумать только!): выхожу я замуж почему-то за австрийского посла, расхаживаю в шляпках да мехах… И неизвестно откуда — группа МАСТЕР, все в шортах, майках… бренчат амулетами и крестами. «Рит, нам бы репетиционную базу найти!» – застенчиво говорит Грановский. «Айн момент, – отвечаю я, попивая коктейль «Маргарита», – в посольстве есть такой зал, вполне подходящий… Пойдемте!» Следующий сон-кадр: идем по огромному помещению, где на рядах кресел, как в кинотеатре, сидят всякие дяденьки и тетеньки. Грановский подходит к каждому и пытливо так спрашивает, знают ли они историю России. С виду типичные англичане радостно кивают головами. «Да, да, – лепечет почтенная леди, – бло-ка-да…» Алик раздает автографы… В зале, который подошел бы под репетиционную базу, наяривает на фортепьянных клавишах какая-то кореянка-китаянка-японка. Восточный талант, короче. Ко мне подходит чопорная дама из аппарата посольства и тихонько, еле шевеля губами, точнее одним уголком рта (так умеют разговаривать опытные стукачи и шпионы), произносит: «Едва ли господину послу понравятся эти рокеры». «Но они же мои друзья!» – резко отвечаю я, вполне войдя в роль надменной фрау. «Ах, Вы не знаете посольских нравов, – картинно вздыхает дама, – здесь такие интриги!»
Сон оборвался, и я так и не узнала, получил ли МАСТЕР базу в буржуйском зале или нет.
Но наяву от баллады музыканты отчикали последние шесть строк об идоле, ликвидировали картинку здоровенного каменного истукана. Стоит истукан в бескрайней степи, с загадочной улыбкой на толстых неровно сколотых устах. И никто не знает, о каком дожде он думает: об обычном, спасительном для изнывающей от жажды земли, или же – в отместку – о пурпурном, уничтожающем. Бесприютные тени языческих предков вновь не получили прописки и в этой балладе.
ЛАБИРИНТ
Странное дело, но оказалось, что изначально «Лабиринтом» в древние времена назывался огромный дворец критских царей, с запутанной планировкой, со множеством комнат без дверей, с завешанными тяжелыми тканями дверными проемами и с бесконечностью коридоров. И переводится слово «лабиринт» как «Дом двойного топора», лабриса. Таким топориком убивали, принося в жертву богам, доверчивого быка, который сам должен был подойти к алтарю и откушать разбросанных там зерен… Это уже потом все свелось к творению икарушкиного отца Дедала (может, и не икарушкиного отца…), по которому блуждали несчастные люди, натыкались на стены, то и дело заходили в тупики и умирали там от разрыва исстрадавшегося сердца или попадали на зуб скучающему злобному Минотавру.
Тиран — для одних, Герой — для других, Третьи — молчат. Одним – воля есть, Другим — воли нет… Кто виноват?
Кровь своих детей Воплем площадей Революция пьет. Город Солнца был Солнцем и убит, Если память не лжет!
Купить можно всех — За грош или хлеб, Или за власть, Взлетел без помех, Стели волчий мех, стели — Мягче упасть.
Лабиринт, где жизнь есть вход, А выход — смерть, Лабиринт, где свет подвешен на струне, Лабиринт, где душно мне, Лабиринт, где новых откровении нет!
Глаза ищут цель, Когда не у дел Нищий народ. Одним — блиндажи, Другим — реки лжи, эй, ты! Третьих — в расход.
Лабиринт, где жизнь — есть вход, А выход — смерть, Лабиринт, где свет подвешен на струне, Лабиринт, где душно мне, Лабиринт, где новых откровений нет!
Не фронт и не тыл – Разбой пустоты В наших сердцах. Одним — воля есть, Другим — воли нет, и так, И так без конца…
Пауза между написанием песен для альбома «Лабиринт» (в блюзовом ключе)
Кверху пузом спит бомж, По нему гуляет печальная вошь…
METALDOCTOR
Спецзаказ Грановского, четко перекликавшийся с написанным некогда в шутку «Доктором Хэви» (см. книгу «АРИЯ: Легенда о динозавре»). Сочинять в таком ключе не хотелось, ибо тема давным-давно отработана, да и слушается по-детски.
Периодически накрывает странное ощущение своего полного несоответствия окружающей реальности, нестыковки. Ты словно вне настоящего времени, словно человек, находящийся в процессе выпадения из корзины высоко взметнувшегося воздушного шара. Вроде бы уже выпал, и в то же время еще нет… Не умею приспосабливаться или мимикрировать, как герой рассказа Гийома Аполлинера (но его, правда, все равно застрелили). Наверное, поэтому трудно расстаться с идеей прорыва через враждебное тебе окружение.
