Уставившись на башни, я ждал, когда появятся первые плоды работы снайперов. И, пожри их Драгор, Безликие отработали, как на учениях! Алавийские озарённые стали падать, будто подкошенные. У одних головы разлетались тёмно-бурыми брызгами. Другие выпадали меж зубцов. Третьи хватались за прошитую пулями грудь и оседали под ноги суетящимся товарищам. Началась паника. Милитарии противника подались назад, подальше от края площадки. Образовалась давка. Темноликие решили, что их убивают снизу. Ведь в их представлении на такой дистанции достать могли только луки или арбалеты. Альвэ и помыслить не смели, что замаскированные стрелки сидят аж за половину километра от периметра стен.
— Да! Да! ДА-А! — заорал Гимран, успевший и сам сделать три выстрела. — Мы хорошо проредили защитников на башнях! Штук сорок озарённых, не меньше! На каждой, Наставник! НА КАЖДОЙ!
— Тихо-тихо, не ликуй раньше времени, — с волнением пробормотал я. — Всё ещё только начинается…
Обстановка на поле брани совершенно неожиданно обернулась в нашу пользу. Враг уже не мог свободно расстреливать пехоту. И это позволило Ронхеймским палачам забраться на юго-восточный участок стены. Там они, размахивая двуручными мечами, задорно рубились с молдегарами, ничуть не уступая тем ни в силе, ни в бесстрашии. Они тоже презрели смерть. Они стремились к ней, хохоча и смеясь, будто прыгали в объятия любимой жены. Если Сигрид Ледяной Глаз наблюдал сейчас за своими сыновьями, то наверняка безмерно ими гордился.
Но вскоре всё чаще стали мелькать на стенах серебристые доспехи Дев войны. Они хоть как-то помогали сдерживать неукротимый натиск северян. Но даже у дьявольски ловких и быстрых алавиек не получилось вот так с наскоку охладить пыл ронхеймцев. Те прямо на бегу выдумали отличную тактику — пользуясь преимуществом своего длинного двуручного оружия, они загоняли воительниц ближе к парапету, а там, с земли, их разили наши милитарии. Пока что всё шло просто великолепно.
Часть наших войск, не встречая практически никакого сопротивления, добралась и до ворот. Несколько раз ухнули тараны, а затем кто-то из моего братства засадил прямо между створок «Поцелуй Абиссалии». Заклинание продавило неаккуратную дыру в толстом брусе, укреплённом стальными полосами. И пусть я не мог видеть, что там именно происходит сейчас позади ворот, но предполагал, что там было
Командование бастиона, почуяв куда подул ветер, предприняло ещё одну попытку организовать отпор силами своих озарённых. Угроза прорыва обороны сразу на двух участках вынудила алавийцев снова показаться между зубцов высоких башен. Они даже успели пустить по три десятка боевых плетений в бушующую у подножья стен толпу штурмующих. Но эта атака стоила им ещё почти дюжину милитариев, поскольку снайперы не зевали.
— Я не верю тому, что вижу! Персты падают прямо на моих глазах! — радовался Гимран. — А ведь мы ещё даже не все ваши наработки задействовали, экселенс!
— Не думаю, что всё будет так уж легко, — пессимистично откликнулся я.
И тут, словно в ответ на мои опасения, над всеми пятью башнями сомкнулись сегментарные защитные купола. А вот и «Чешуя». Вернее, её алавийская прародительница. Я уже понял, что мы с темноликими пришли к схожему по эффективности заклинанию, только разными путями. И теперь вражеские маги атаковали значительно смелее. В барьере возникали крохотные окошки, попасть в которые было не так уж и просто. А из них практически в том же объёме, что и вначале штурма, на головы нашей пехоте посыпались боевые плетения. И само по себе это не меняло расклада на земле. Но тут я заметил кое-что очень тревожное…
— Они собираются ударить Ариканией! Кардиналы поднялись на башни! — отрывисто бросил я.
— С чего вы взяли, Наставник⁈ — переполошился Гимран.
— Вижу, Шёпот! Вижу сквозь мутную пелену алавийских барьеров, как они чертят нечто очень объёмное. Вот и всё. Шутки кончились. За нас взялись всерьёз.
— Боги… там же внизу тысячи солдат и Безликих! Это… это же…
— А ты думал, Гимран, что темнолицые не используют свой главнейший козырь? — нервно усмехнулся я под стальной маской.
— Нет… конечно же нет, — смущенно пробормотал мой помощник. — Я надеюсь, вы знаете, что делать, Наставник.
— Разумеется, — уверенно кивнул я. — Вот и пришло время для моих остальных «наработок», как ты изволил выразиться. Пока всё внимание защитников занимают штурмующие, мы должны успеть проскочить незамеченными. Вы готовы братья⁈
— Да, Великий Наставник! — прокричал мой личный десяток Безликих.
— Тогда за мной!
Я устремился прочь от поля битвы. Настал черёд не только смотреть, но и действовать самому. На ходу я расслышал за спиной взволнованный шёпот Тарина, который прекрасно знал,
— Клариссия милосердная, защити и сбереги… Как же можно быть готовым к
Ох, старина, да если бы я сам знал…
