Арина откинула мокрые волосы за спину и, достав кинжал, снова обрезала их у основания шеи. Отращивать золотистую гриву, как у Верилины, оказалось просто. Немного магии, и она готова предстать перед зрителями, но теперь, когда в длинных локонах не было необходимости, она отсекла их без сожаления. Королева с завистью смотрела на проводимые манипуляции с прической. У нее волосы были жидкими и какого-то мышиного цвета. Лирталина взяла отрезанные волосы и, проведя пальцами по шелковистому пучку, тяжело вздохнула.
Дочь герцога сидела в кресле рядом с Горотаром и влюбленными глазами смотрела на Арину. Наконец она не выдержала и спросила:
– А что ты можешь, кроме этого?
– В каком смысле? – не поняла вопроса Арина.
– К зеркалу подойди! – указала Верилина.
Дочь дракона взглянула на отражение и поняла, что из обрамленной овалом полированной серебряной пластины на нее взирает златовласка. Арина сосредоточилась и вернула себе родной облик.
– Ну, так как?
– Что – как? – поинтересовалась Арина.
Верилина засыпала ее вопросами:
– Летать? Превращать людей в камень? А в жабу? Что еще?
– Я раньше не летала, – произнесла Арина и посмотрела на Арсена.
Тот, глядя на девушек, улыбался.
– В камень тоже не могу. И в жабу тем более!
– Но ведь это ненормально? – воскликнула Верилина.
Королева тоже обратила внимание на странности Арины, но в помещении было не очень светло, и поэтому она сомневалась.
– Нет, серьезно, так простые люди делать не могут! Ты стала мной! И эта королева-мать менялась! Кто вы такие? Боги? Враги людские? Кто?
– Я Арина – дочь Дракона! – произнесла ученица Арсена. – Драконы могут многое. Но я пока маленькая и превращаться не умею, а вот слегка подправить лицо можно. Мы – Драконы! Не потомки, как маркграф, а настоящие. Кровожадные хищники! А то, что Арсена называют Врагом людским, так это навет жрецов. Если бы он ненавидел людей, то мир бы погрузился во мрак. Но как видишь, пока светло…
– И все-таки я оказалась права! Дядя Арсен, я не хочу вашего благословения, но мне бы хотелось стать такой же, как Арина, – заявила Верилина. – Кстати, я не знаю, что вы собираетесь делать с папой и братом, но теперь это не важно! Лирталина подробно мне рассказала о разговоре в кабинете! И знаете что? Я ей верю!
– Я рад за тебя! – усмехнулся Арсен. – Арина, ты хочешь сестер?
– Каких?
– Кровных!
– Но ведь тогда придется… – начала сомневаться Арина.
– Ты ведущий, они ведомые, – пояснил Арсен. – Решай сама.
– Но ведь это серьезная ответственность, – задумчиво произнесла Арина.
И Верилина, и Лирталина внимательно прислушивались к диалогу. Обе понимали, что решается их судьба. Королева чуть быстрее осознала смысл слов и спросила:
– Но ведь вы говорили о каких-то печатях единения и подчинения? Вы предлагаете нам стать рабынями?
– Нет, сестрами, – ответил Арсен. – Получив ее кровь, вы не будете слепо выполнять ее приказы. Просто у вас появится мысленная связь. Вы сможете слегка корректировать внешность и станете значительно сильнее и здоровее. В драконов вы превращаться не научитесь, так как тут слишком мало энергии для принятия истинной формы, но даже так ваши молодость и красота останутся с вами на долгий срок.
– Я согласна! – заявила Верилина.
– Я тоже! – сказала королева. – А убить нас можно?
– Разумеется! – расстроил девушек Арсен. – Только это будет сложно. Ваша регенерация усилится, и вы сможете залечивать раны гораздо быстрей, чем раньше. Но учтите, если любой из вас отрубить голову, то…
– Ну, это понятно, – усмехнулась Лирталина. – А я смогу менять внешность? И если да, то как часто?
– На трансформацию уходят силы, а их у вас немного, – пояснил Арсен.
– То есть очень редко?
– Старайтесь не меняться, этого не поймут окружающие, – предостерег их Арсен. – Только в случае крайней необходимости. И вообще, давайте быстрей «братайтесь» и опять на пост!
В кабинете было пусто. Вскоре в дверь вошел герцог. Он походил туда-сюда и, дождавшись, когда придет его сын, произнес:
– Ты меня подвел! Ты убил сестру. Кого я теперь отдам маркграфу? Этот старый зверь не успокоится. Эх, Вератий, Вератий! Что же ты наделал! Такой план загубил! Ладно, скоро приедет дуболом. О Верилине ни слова! Она заболела, или нет, ее отравил маркграф! Так будет лучше! Соберешь тех, кто слышал о твоей попытке взять ее силой, и отправишь в первых рядах против кочевников.
– Отец, я не хотел, чтобы так получилось, – начал оправдываться сын герцога, – она вазу об мою голову разбила. Но как ей удалось выйти из комнаты? Ума не приложу! Стража ее не видела. Они Единственным клялись!
– Это не важно, – отмахнулся герцог. – Их, кстати, тоже в первые ряды поставишь! Не хватало нам, чтобы они трепаться начали.
– Хорошо! Я выполню, что ты сказал, – опустив плечи, сказал сын.
– И постарайся в этот раз без самодеятельности! – добавил герцог.
Вскоре в кабинет вошел остроносый ли Соллиз. Валигор спросил:
– Ну, что там наш северный герцог? Явился?
– Да, ваше величество! – отрапортовал остроносый.
