– А как же аристократы, владельцы небольших усадеб? Как же простые жители? О них ты подумал? – спросил Вератий.
– Какая разница! От них не убудет! – отмахнулся старший ла Крольте́льт. – Мы постараемся минимизировать потери…
– Отец, в городе сотни рыцарей, – продолжал настаивать сын герцога.
– И ты надеешься вывести их в чистое поле? Бред! Степняки не станут биться лицом к лицу. Их тактика наскочить на поселение и, постреляв из луков, умчаться обратно, – пояснил Валигор. – Рыцари просто прокатятся за ними и никого не догонят, так как слишком медлительны. Вот если их выставить на стены плюс стража местного гарнизона и наши наемники, то, может быть, мы просто понаблюдаем за огнями сожженных поместий.
– Но погибнут наши люди! – воскликнул сын герцога.
– Потери мы спишем на жестокость Кровавого Жнеца, – ответил Валигор и усмехнулся. – Это же он виноват, что через его земли прошли степняки. Значит, он заключил с ними предательский договор. Мы даже в выигрыше останемся! Я думаю, твоя идея с выходом рыцарей будет очень своевременной. Мы покажем, что, в отличие от кровожадного чудовища, пытаемся защитить землю.
– Отец, я вот о чем подумал: а как они оказались на этом берегу? Ведь мост есть только в Кортаре? – задумчиво произнес Вератий. – Ты же не думаешь, что они шли прямо от наших земель?
– О, Единственный! – воскликнул Валигор. – Это же какой убыток!
– Хотя если бы степняки побывали в нашем городе, то хоть кто-нибудь из купцов должен был принести весть об этом, – размышлял сын герцога.
– Они могут возвращаться там! – воскликнул старший ла Крольте́льт.
– Тоже верно, – согласился Вератий. – Что будем делать?
– Значит, так: мы отправим послов к маркграфу и предложим ему твою сестру. Дадим ему титул восточного герцога и ценный выкуп. Объясним ситуацию, что взять столицу, когда в ней весь цвет рыцарства, просто невозможно. После позволим беспрепятственно перейти реку и убраться на восточный берег. А когда они уйдут, вызовем герцога северных провинций и выберем кого-нибудь из дальних родственников вместо рода ла Легорхе́льт. Там вроде маркиз ла Релколир был нам лоялен. Когда они соберутся, мы кинем воззвание и ударом на восток сотрем маркграфа и его войска. Против армии королевства ему не выстоять. Нужно с корнем вырвать ростки предательства.
– Но герцог Бриан ла Берилве́льт обижен на тебя, – заметил Вератий.
– Я пообещаю этому дуболому таможенные льготы на проход по реке и иные преференции, – сказал Валигор. – Он постоянно ноет по этому поводу. Главное, чтобы мы сейчас откупились от маркграфа. Пошли кого-нибудь, чтобы привели Верилину.
– Но ведь ты хочешь выдать ее замуж на внука Грайдена, – сказал сын герцога, – а потом уничтожить его род. Как это отразится на ней? Она же станет вдовой!
– Сынок, – начал Валигор по-отечески хлопать Вератия по плечу, – я понимаю, как это выглядит, но и ты пойми меня. Если наш поход на восток отложится на следующий год, то моя дочь умрет от их родового проклятия. Женщины, давая новую жизнь сыновьям, исходят кровью. Иногда наследник также не выживает, но эти чудовища продолжают жениться, так как не хотят, чтобы их подлое семя осталось в прошлом. Они должны быть уничтожены, и потеря твоей сестры – та цена, которую нам придется заплатить за это богоугодное деяние. Но ей об этом говорить не нужно. Я понимаю, что ты любил ее, но только сильные личности готовы жертвовать близкими во имя будущих потомков. Мы же понимаем друг друга?
– Отец, но это плохо, – начал мямлить Вератий. – Она же моя сестра!
– А разве не ты говорил, что она тебе надоела? Не ты возмущался ее чрезмерными тратами на совершенно ненужные вещички и балы? Я долго терпел, но всему приходит конец! – жестко сказал герцог. – Ты только представь: ты сидишь на троне в окружении знати королевства, и никто не капризничает на тему скуки. Никто не говорит, что на столе не хватает изысканных лакомств. Представил? Хорошо. Нам нужно откупиться ею от маркграфа. Он ее быстро поставит на место. С пузом особо не покричишь и не потопаешь ножкой. А мы тебе княжну из империи привезем или даже дочь императора! Ты же хочешь принцессу?
– Да, но только такую, что была похожа на Верилину, – произнес сын герцога.
Отец снова похлопал его по плечу и сказал:
– Я знаю твою слабость, ты давно мечтал о ней, но ты же понимаешь, что инцест в аристократических кругах неприемлем. Отпусти ее. Она сама виновата в том, что стала обузой для семьи. Да, я любил Верилину, пока она была маленькой, но, когда повзрослела, ее капризы сводили меня с ума!
– Хорошо, я сам схожу к ней, – произнес сын герцога и вышел из кабинета.
Валигор тяжело вздохнул и начал писать очередное письмо.
Арина сильно удивилась. Она-то считала брата Верилины как минимум нормальным, а тут вот что творится. Ужас! Она посмотрела на королеву и увидела ее округлившиеся глаза. Лирталина прошептала:
– Надо предупредить Верилину. Я, конечно, ее не люблю, но ей нельзя замуж за внука маркграфа! Она умрет!
