Бен сделал шаг к двери, боком, не выпуская из поля зрения застывших олдбагов, услышал, что Крауч начал атаковать Назимуддина, а в следующий миг — шорох за стойкой: бармен полез за оружием.
"А может, так будет лучше?"
Он пропустит шорох мимо ушей, не повернется, бармен достанет дробовик, и все закончится. Он последует по привычной для взорвавшихся олдбагов дорожке и наконец-то встретится с Сарой, которая безусловно простит его за все, что он успел натворить, и они…
Крауч протискивается мимо Назимуддина, обходит его на полкорпуса и рвется к Сахиму.
Слабость длится недолго — доли мгновения, потом привычка сражаться, а точнее — неумение сдаваться, берет верх и не позволяет принять поражение. Орк резко поворачивается, перепрыгивает через стойку и бросается к наклонившемуся бармену — тот действительно вытаскивает дробовик. Три быстрых шага, бармен начинает поднимать оружие, но не успевает: Бен "помогает" ему продолжить движение, стремительно ведет дробовик вверх, выворачивая из рук бармена, а самого его бьет ногой в живот.
На все — меньше трех секунд.
Назимуддин раздосадован и взбешен, он прибавляет, желая вернуть утраченное преимущество, и слишком резко входит в поворот, где уже ведут борьбу Крауч и Сахим.
Орк разворачивается, стреляет в воздух, и те двое, что бросились на помощь бармену, застывают, не добежав до стойки. А остальные и не двигались.
Кто-то шепчет:
— Теперь у него оружие.
И в баре сгущается атмосфера страха. Теперь они по-настоящему напуганы и ждут, когда начнется стрельба.
— Я все еще себя контролирую! — кричит Орк.
— Отпусти нас.
— Не убивай!
Снаружи воет полицейская сирена.
А на индийской трассе — жуткое столкновение. Великий Крауч почти проскочил Сахима, но раздосадованный и горячий Назимуддин решает воспользоваться моментом и подрезает бывшего лидера. Сахим изо всех сил старался избежать столкновения, но физика неумолима: размеры болидов, ширина трассы, скорость, вектор… Машины сталкиваются, болид Сахима закручивается и бьет почти проскочившего Крауча. Назимуддин врезается в отбойник и взрывается, идущий четвертым Хуссейн не успевает отвернуть, бьет Сахима, а затем летит в костер Назимуддина. Крауч выпрыгивает из покореженного болида и бежит прочь. К нему присоединяется Сахим. Появляются пожарные. Зрители в экстазе…
— Убирайтесь! — хмуро приказывает Бен.
Посетители наперегонки мчатся к двери, за ними торопится прихрамывающий, держащийся за живот бармен, Орсон вынимает из-под стойки коробку с патронами, распихивает их по карманам и слышит с улицы:
— Это полиция! Выходите с поднятыми руками!
Резко вскидывает оружие и стреляет в залетевший дрон. Раздается негромкий взрыв, а с улицы — отборная брань: полицейские забыли отключить мегафон.
Орк знает, что у него тридцать, может, сорок секунд, после чего насядут подоспевшие дроны, и бежит на кухню. Единственный шанс — задняя дверь, затем в переулок, затем под землю, в outG, туда, где нет проклятой всевидящей ar/G. Домой нельзя: Сеть мгновенно считывает взорвавшихся олдбагов, и он уже объявлен опасным.
"Хорошо, что ничего ценного я в квартире не хранил…"
Он потеряет только пенсию и возможность выходить на поверхность.
"Ладно, разберемся! Главное, что я до сих пор сохраняю рассудок!"
Факт действительно казался невероятным, но в те мгновения Бен о нем особенно не задумывался — он спасался.
Кухня, затем задняя дверь, затем грязный переулок, заставленный вонючими мусорными баками, тонкая гниющая кишка, в которую заведения сбрасывают все, что не пригодилось. Дверь в подвал, которую Бенджамин подобрал на случай бегства, находится справа, он поворачивается, делает шаг и оказывается в поле зрения полицейского дрона. И вновь успевает первым: выстрел из дробовика сбивает машину до того, как оружие дрона заговорило.
— Сюда! — В двери, но не той, которую он приметил для бегства, а в ближайшей, которую он в свое время не сумел открыть, стоит девчонка в элегантной блузке, джинсах и дурацких туфлях. — Сюда! Скорее!
Орк понимает, что через пару секунд в переулок залетит следующий дрон, но не может не спросить:
— Зачем?
— Я помогу!
— Я взорвался!
— Поэтому и помогу! — Девчонка начинает злиться. — Скорее, кретин!
И Бенджамин идет на риск: ныряет в незнакомую дверь, которая оказывается мощной, стальной и с грохотом захлопывается за его спиной, затем спускается по темной лестнице, быстро проходит футов тридцать по коридору и вновь начинает спускаться. Все это — вслед за девчонкой с густыми темно-каштановыми волосами.
Через минуту они оказываются там, куда не добивает ar/G, еще через пятнадцать — двумя уровнями ниже и в паре кварталов севернее. Там запыхавшаяся девчонка останавливается, знаком давая понять, что ей нужно отдохнуть, несколько секунд молчит, приводя дыхание в порядок, а затем говорит:
— Меня зовут Беатрис.
Протягивает руку и улыбается.
