Роботакси доставило мужчину на улицу Кеннеди, где его ожидала стройная темноволосая девушка в бесформенной одежде, принятой среди молодых радикалов. Мегера свободно расположилась на одной из лавочек, вытянув одну ногу на сиденье, бросила на землю рюкзак и не отрываясь смотрела на пролив, по которому неспешно проходили суда. Когда Орк присел, она улыбнулась и сообщила:
— Это Босфор.
— Никогда не был, — ответил Бен, откидываясь на спинку. И заметил: — Ветрено.
— А хотел побывать?
— Да, — честно ответил Орк. — Может, я излишне романтичен, но меня привлекают подобные места: я был на Северном полюсе, на мысе Горн и с удовольствием смотрю сейчас на границу Европы и Азии.
— Понимаю, — негромко сказала девушка.
— Правда?
— Я была на Южном полюсе, пересекала Гибралтар, двигаясь из Европы в Африку, и видела границу между Индийским и Атлантическим океанами… Может, я тоже романтик, но я убеждена, что в мире есть много мест, которые нужно посмотреть. И при этом — не торопиться…
— …посидеть на лавочке…
— …помолчать и поговорить.
— Насладиться моментом.
— Потому что он не повторится.
— Да, — Орк посмотрел на Азию и повторил: — Потому что он не повторится.
Когда они летели из Саратова, Бен запустил "GeniusM" и с удивлением обнаружил, что Мегера не приукрашивала себя с помощью craft(art). Родинка на левой щеке, веснушки, маленький шрам на виске, морщинки у глаз, от которых избавилась бы любая женщина, желающая выглядеть идеально, — все это было настоящим, все это принадлежало ей и не скрывалось ею. Ни сетевые художники, ни пластические хирурги к образу Эрны не прикасались.
И Орку это нравилось.
— Наша жизнь состоит из неповторяющихся моментов, — продолжила девушка, наконец-то поворачиваясь к Бену. — Некоторые из них пролетают, как обрывки разорванного ветром тумана, некоторые остаются в памяти, как светлые или темные пятна. Некоторые меняют жизнь. Мы с тобой прошли через такой момент, Орк, и теперь должны решить, что делать дальше.
— Вариантов два: бежать или сражаться, — рассудительно ответил Бен.
— Их всегда два.
— Верно.
— Какой ты выберешь?
— Я не могу бежать, — пожал плечами Бен. — После всего, что видел, — не могу.
— У тебя новый, не связанный ни с какими темными делишками чип с великолепной "легендой", — медленно произнесла Эрна, продолжая смотреть Орку в глаза. — Я дам тебе деньги — в память о сестре, и ты сможешь прятаться до конца жизни.
— Мне не с кем возвращаться в Коста-Рику.
Она промолчала. Но взгляд не отвела.
— И ты права, Мегера: путешествие в Воронеж изменило нашу жизнь. Мою — точно, — продолжил Бенджамин. — Я потерял самое дорогое, что у меня было, и приобрел желание расплатиться. Но понимаю, что только моих навыков недостаточно.
— Пока в твоей башке копошился лучший в мире специалист по фальшивым "балалайкам", я продумала основные детали плана, — рассказала девушка, доставая из рюкзака кисет и пачку тонких бумажных листов. — В его основе — ты, Орк, твоя история, твоя судьба, твоя правда. Ты дашь нам то, в чем мы нуждаемся, — героя. Ты станешь лицом сопротивления.
— Для чего? — вырвалось у Бена.
— OutG пора перестать быть болотом, — решительно ответила Мегера. — Я займусь технической частью проекта и подготовкой к внедрению "GeniusM" в глобальную OS. А Бобби, используя свои возможности и умения, начнет раскручивать твою историю, кульминацией которой станет путешествие в Воронеж и раскрытие обмана. Эту запись мы пустим одновременно с обновлением OS, и пути назад не будет. "GeniusM" останется в системе, и мир, черт бы его побрал, изменится. Люди будут по-прежнему пользоваться craft(art) и смотреть на себя сквозь розовые очки, но у них появится возможность их снимать, как раньше они снимали smartverre.
— В этом заключается идея свободы: возможность выбора, — негромко произнес Бен.
— Настоящего выбора, а не того, который подсовывают проходимцы, — кивнула девушка. — Ты со мной?
— Ты знаешь, что да, — Бен улыбнулся. — Орк и Мегера идут в поход против мира.
Несколько секунд она молчала, глядя мужчине в глаза, а затем протянула руку, которую Бен очень нежно пожал.
Первый ролик они записали в Стамбуле. Вернулись в отель возбужденные, увлеченные, взахлеб обсуждая, что нужно делать в первую очередь. Разбудили Бобби. Бен думал, Эрна хочет подключить его к обсуждению, но Мегера неожиданно предложила сделать пробную запись. Челленджер спорить не стал — судя по всему, давно привык к манере поведения взбалмошной девушки. Зевнул, почесал затылок, оглядывая номер, вышел в гостиную, потом во вторую спальню, выбрал подходящую стену и предложил:
— Передвину сюда кресло. А фон потом сделаем, какой надо.
— Нет, мы не станем обрабатывать видео, — твердо ответила Эрна. — И выкладывать будем только оригиналы — им больше доверия. И никакого кресла.
— Орк будет стоять на фоне стены? — поморщился толстяк.
— На балконе, на фоне Айя-Софии.
— Как скажешь, — Челленджер взял одну из валявшихся в гостиной сумок, вышел на балкон и минуты через четыре доложил: — Я готов.
