— Ты не считаешь себя человеком? — изумился Кот, среагировав на не самую важную фразу друга.
— Считаю, — твердо ответил Джа. — Поэтому не собираюсь ревновать к машине.
— Люди ревнуют к чему угодно.
— Она мне никто.
— Поэтому я говорил не о ревности, а…
— Я помню, о чем ты говорил, — Винчи выдержал короткую паузу. — И на тот вопрос ответ будет таким же: нет. Я знаю девчонок, которые специально вживляли maNika, чтобы попробовать генератор, а попробовав, навсегда слетали с катушек.
— Таких уйма, — подтвердил Кот.
— Они — обычные наркоманы, генератор для них — тот же шприц, и если бы Сара закинулась после ночи со мной, тебе и в голову не пришло заводить об этом разговор.
— Пожалуй, ты прав, — признал Кот.
— К сожалению, — Джа затянулся последний раз и бросил окурок в недопитую чашку кофе. Показывая, что тема его больше не интересует.
Мужчины помолчали, любуясь прекрасным видом, а затем Кот негромко сказал:
— Женщина, о которой ты спрашивал, будет сегодня в клубе.
— Точно? — поднял брови Винчи, продолжая изучать соседние крыши.
— Да.
— Спасибо.
— Не за что, но… — Кот поднял указательный палец, заставив друга сосредоточиться, и очень серьезно спросил: — Ты уверен, что хочешь с ней связаться?
— А что не так? — почти беззаботно осведомился Джа, откидываясь на спинку стула и закладывая руки за голову.
— Лариса Феллер — стервозная сука, увлеченно прожигающая жизнь на глазах мужа. Она меняет любовников каждый вечер, а иногда — несколько раз за вечер.
— Как раз то, что мне нужно: никаких обязательств, — прежним тоном ответил Винчи, однако его серо-стальные глаза несколько похолодели.
— Она тебе настолько понравилась?
— Да, — негромко подтвердил Джа.
— Бывает… — Кот помолчал. — Но знай, что Лариса сама выбирает, с кем трахаться.
— Значит, сегодня ее ждет сюрприз.
— Она известна дурным характером и мстительностью, если решит, что ты ее обидел — закопает так, что не найдут.
— Кто будет закапывать? Ее любовники?
Кот коротко рассмеялся и покачал головой:
— Будь у меня хоть половина твоей самоуверенности, я бы владел всей этой башней.
— Хочу напомнить, что у меня нет даже одного этажа, — притворно вздохнул Винчи. — Довольствуюсь арендой трехкомнатной конуры.
— Вообще-то четырехкомнатной.
— Не придирайся к мелочам.
— И здесь почти полторы сотни квадратных метров…
Ответить Джа не успел: Сара отстегнула кабель, поднялась с пола и осоловело посмотрела на мужчин. Затем подошла к столику, без спроса взяла кувшин с апельсиновым соком и принялась жадно пить. Ее била несильная дрожь.
— Ковер, полагаю, придется чистить, — произнес Кот, кисло разглядывая голую девушку. — И диван.
— Как скажешь.
— Я включу химчистку в счет.
— Почему платить должен я? — изумился Винчи.
— Потому что ты ее привел.
— Из твоего клуба.
— Не придирайся к мелочам.
— Вы говорите обо мне?
Сара подошла к окну и замерла, уперевшись лбом в холодное стекло.
— Это тоже ответ на твой вопрос, брат, — негромко сказал Джа, раскуривая следующую самокрутку. — Наркоманы лишают себя массы простых удовольствий.
— И чего же она лишилась?
— Никто ей не улыбнулся и не сказал: "Доброе утро!"
— Вы просто трахались, — дернул плечом Кот. — Какое, к дьяволу, "Доброе утро!"
— Я всегда говорю, — хмыкнул Винчи. — И целую. И, если успеваю — приношу кофе. Мне нравится, как они улыбаются по утрам: растрепанные, сонные и очень-очень милые. И как они тянутся к тому, кто проявил о них заботу. — Пауза. — Просто так.
Несколько мгновений Кот изумленно смотрел на друга, а затем с уважением покачал головой:
— Теперь я понимаю, почему все нью-йоркские девчонки от тебя без ума.
Известность приходит к человеку по-разному. Кто-то становится героем. Кто-то талантливо играет роль. Кто-то пишет великую книгу. Ставит спортивный рекорд или становится "любимцем нации", удачно пошутив в эфире. Совершив преступление или подвиг. Или придумав нечто такое, что поможет цивилизации шагнуть вперед.
Изобретатели, открывающие людям новые горизонты, всегда были в цене, а их "золотое время" пришлось на конец XIX — начало XX веков, когда на весь мир гремели имена Теслы, Форда, Сикорского, а их открытия приводили публику в изумление и восторг. В те времена люди понимали, кто действительно работает не только на свое благосостояние, но и на будущее человечества, и чествовали их.
Затем на пьедестале общественного внимания изобретателей и промышленников надолго сменили политики и актеры, светские львицы, модные певцы, пошлые куплетисты, истерики, скандалисты, невменяемые фрики, городские сумасшедшие и прочие "яркие личности", составляющие грандиозный, захвативший всю планету цирк уродов. На какое-то время показалось, что люди перестали интересоваться чем-то, кроме развлечений, что возобладал принцип "хлеба и зрелищ", но колесо совершило очередной оборот, перед цивилизацией встали новые вызовы, и на первые страницы вернулись те, кто умеет делать: авторы потрясающих открытий и выдающихся изобретений.
