— Вот видишь!
— Но есть нюанс: Арчер об этом мечтает…
— А что сделал Биби?
Старик выдержал паузу, показывая, что ему не нравится быть перебитым, пусть даже и равным по положению, после чего понизил голос:
— Кастор, обещай мне одну вещь: постарайся на пару минут позабыть о том, что Биби твой друг.
— Ну как друг… — протянул Розен, наконец-то сообразивший, что старик настроен решительно. — Настоящая дружба между нами невозможна.
— Жаль, что ты это понимаешь, — мужчины рассмеялись. — Постарайся позабыть, что вы с Биби провернули грандиозный проект и ты безмерно его уважаешь.
— Я постараюсь, — пообещал Кастор.
— И вспомни, что проект не закончен, а продолжает развиваться.
— Я тоже видел презентацию, — с легкой иронией произнес Розен.
— И что скажешь?
— Повторю то, что уже говорил: Биби придумал один из лучших бизнес-проектов в истории. Я внес посильный вклад и горжусь этим, но основным двигателем был и остается Биби.
— Вы, парни, изменили чертов мир.
— Спасибо, дядя Сол, я знаю.
— Вот этим вы с Биби отличаетесь от Арчера: у него есть амбиции, а вы работаете.
— Но я до сих пор не понимаю, что тебя беспокоит, дядя Сол, — признался Розен, отставляя стакан с "бурбоном" и скрещивая руки на груди. — Мы запустили глобальный проект с полного согласия и при полном содействии всех стратегических инвесторов. Мы изменили мир и окончательно его оседлали. За все это время ни я, ни Биби ни разу не отступили от договоренностей, и я не понимаю, откуда у тебя взялись сомнения на его счет.
— Не сомнения…
— А что?
— Вы накинули на мир удавку, но не затянули ее.
— В смысле?
Старик помолчал, давая понять, что приступает к главной части разговора, глотнул виски и неспешно продолжил:
— В нашем проекте меня смущают две вещи. Первая: мне категорически не понравилось, что Биби вышел из тени и теперь известен всему миру как владелец и вдохновитель самой передовой корпорации, созданной, как он любит подчеркнуть, "с нуля".
— Людям нравятся такие истории, — развел руками Розен. — Я, как ты помнишь, тоже возглавляю крупную компанию. Это меня бодрит гораздо больше, чем управление одним лишь семейным фондом.
— Извини, Кастор, но ты не столь известен, как Биби.
— Я вообще неизвестен.
— Именно, — старик чуть подался вперед. — Тебе нравится держать руку на пульсе своего главного детища, а Биби не только вышел из тени, но придумал кучу историй и легенд, которые, как ты правильно заметил, нравятся людям.
— У него отличные пиарщики, — пробормотал Розен, догадываясь, куда клонит хитрый старик.
— И теперь Биби — герой планетарного масштаба, движет цивилизацию вперед, открывает людям путь к сокровищам океана…
— Разве это плохо?
— …и плотно работает в Европе.
— Европа — наш полигон, где еще отрабатывать технологии?
— А военные разработки "Feller BioTech"? — прищурился старик.
— Они все под плотным контролем.
— Полностью?
— Как и мои военные разработки, и твои, и всех остальных стратегических инвесторов, — уверенно ответил Розен. — Существуют договоренности, которые никто не отменял… У тебя есть доказательства, что Биби их нарушил?
— Нет, — признал дядя Сол.
— Значит, все дело в твоей паранойе?
Несколько мгновений старик смотрел Розену в глаза, затем улыбнулся и долил в стаканы виски.
— Многие наши друзья отвечали мне точно такими словами — о паранойе. Я не спорю и не скрываю, что люблю подстраховаться, и признаю, что у меня нет доказательств неправомерных действий Биби — только смутные опасения. Но факт в том, что мое отношение к Феллеру начинает разделять все больше и больше членов сообщества.
— Ты их настраиваешь против Биби, — тихо произнес Розен.
— Как тебя сейчас, — мягко ответил дядя Сол. — Наши семьи никогда не любили друг друга, но сейчас он действительно зарвался.
— Потому что стал героем планеты?
— В том числе поэтому. Биби стал слишком известен, авторитетен — и потому опасен. Он не способен обрушить сообщество, но может причинить неприемлемый вред, поэтому нужно остановить Биби прежде, чем гордыня превратит его в закусившего удила идиота.
— Что ты предлагаешь? — криво усмехнулся Розен. — Убить его? Заразить раком?
— Мысль интересная, но стервец является последним представителем рода Феллеров, а значит, будет жить, это не обсуждается.
Войти в сообщество стратегических инвесторов было трудно, на получение входного билета требовались столетия, зато выйти из него было не менее тяжело. И все члены соблюдали старые правила, одно из которых не позволяло истреблять кланы под корень, поскольку жестокость — оружие обоюдоострое, и стоит лишь один раз довести войну до полного уничтожения противника, как кровь польется рекой.
— Тогда чего ты хочешь?
— Я хочу убрать Биби из медиапространства и забрать "Feller BioTech" под прямое управление сообщества. Поставим во главе эффективного менеджера, то есть послушную обезьянку, а Биби пусть занимается фондом и родит, в конце концов, наследника.
— От Ларисы? — невинно поинтересовался Розен.
Старик сбился, помолчал и ответил:
— Слышал, у них испортились отношения.
— Это еще слабо сказано, — подтвердил Кастор. — Мне рассказывали, что в последнее время Лариса…
