— Я написала вирус за одну ночь, — медленно ответила Мегера. — Я вернулась из Белграда… ты слышала, что там устроили албанские карательные части? Нет… и не надо. Поверь: даже услышав, ты не сумеешь осознать того, что там творилось, потому что люди не должны так поступать… не должны… И в представлении нормального человека люди не могут так поступать. А я не слышала, что там творилось — я видела. И еще видела, что почти все албанцы были пингерами. И после того, что они устроили в Белграде, я написала вирус, способный остановить этих тварей. И мы останавливали… мы заставляли глючить их maNika и убивали… Можешь застрелить меня, Карифа, но я спасла огромное количество жизней и ни о чем не жалею.
Некоторое время они молчали, после чего мулатка спросила:
— Там было плохо?
— Ад, — коротко ответила Эрна. И вдруг уточнила: — Мы сейчас на Манхэттене?
— Да, — удивленно подтвердила Амин. — Верхний Вест-Сайд.
— Далеко до набережной?
— Один квартал.
— Я бы не отказалась от прогулки, — произнесла Мегера, отодвигая опустевшую кружку. — Хочу подышать свежим воздухом.
— Зачем?
— Если ты решишь меня убить — не хочу, чтобы это случилось на грязной кухне.
Мулатка рассмеялась и поднялась из-за стола:
— Пошли.
— Не видела мою одежду?
И они вновь рассмеялись.
Джинсы, джинсовка, кроссовки и рюкзак обнаружились в чулане. Допив кофе и одевшись, Эрна почувствовала себя намного увереннее, а оказавшись на набережной — почти здоровой; во всяком случае, головная боль исчезла без помощи таблеток. В утренней рассылке уровень биологической угрозы сменился на "зеленый", и они могли обойтись без защитных масок, что сделало прогулку по улицам и набережной особенно приятной.
— Ты не хотела говорить при девчонках, — догадалась Амин, останавливаясь у парапета.
— Мы знакомы всего день, но я, кажется, убедила себя, что могу тебе доверять, — ответила Эрна, глядя на воду. — Но не могу этого сказать о твоих подругах. Извини.
— Понимаю, — кивнула мулатка, догадавшись, что подруга готовится к искреннему разговору.
— Я постараюсь больше не напиваться и не распускать язык, но поскольку ты все знаешь, скажу так: да, Мегера — мой ник. И да — Мегеру ищет GS.
— У тебя крутая репутация, — помолчав, сказала Амин.
— Она крутая для тебя, для пикси, для добропорядочных обывателей, возбуждающих себя мыслями о цифровых подвигах, а как по мне — лучше бы ее не было.
— Ты сама ее себе создала, — обронила Карифа.
— Все мы делаем ошибки.
— В этом ты права, — согласилась мулатка. — Ты вернулась в Штаты, чтобы начать новую жизнь?
— Я очень хочу начать новую жизнь, но не уверена, что получится начать ее в Штатах, — призналась Мегера. — В GS на меня очень злы.
— И какие планы?
— Я как раз над ними работаю.
— Хорошо, что у тебя есть надежные документы, — подумав, сказала Амин. — Хорошо, что никто не связывает Эрну Феллер с Мегерой.
— Меня это тоже радует, — кивнула девушка. — Но я не знаю, как долго продлится мое везение. — Она повернулась, протянула руку и прикоснулась к мулатке: — Спасибо, что так ко мне относишься, Карифа, для меня это очень важно.
— Мне нравится заботиться о тебе, — честно ответила мулатка.
— Спасибо… — Эрна указала на небольшое заведение: — Выпьем кофе?
— И посидим за столиком.
— И поболтаем.
— Черт! Давно я не испытывала радости от таких простых вещей, — не стала скрывать Амин. — Все это похоже на наивное свидание учениц средней школы.
— Боже, откуда такие ассоциации?
— Наивные?
— Светлые.
Карифа тихонько вздохнула и улыбнулась.
Они купили кофе, сэндвичи — после прогулки по набережной разыгрался аппетит, — и уселись за крайним столиком.
— Посплетничаем? — тоном старой подруги предложила Эрна.
— Нам пока не о чем, — пожала плечами Амин.
— Тогда давай узнавать друг друга, чтобы было о чем.
— Ты серьезно?
— Ты ухитрилась вытянуть из меня признание в биохакинге, ты помогла мне в суде, а потом напоила до потери сознания, но не воспользовалась этим, — Мегера выразительно посмотрела на мулатку и закончила: — Спрашивай, о чем пожелаешь.
И откусила большой кусок сэндвича.
— Мне кажется, я и так знаю о тебе слишком много.
— Но я этого не боюсь, — тихо сказала Мегера.
И Карифа почувствовала себя почти счастливой. И без стеснения поинтересовалась:
— Почему ты не трахаешься?
— Нет настроения.
— Или здесь нет того, с кем бы ты хотела потрахаться?
— Заняться любовью, — прожевав кусок, ответила Эрна. — С ним я не трахаюсь, с ним… С ним я улетаю далеко-далеко.
— Значит, все-таки "он"? — с тихой грустью уточнила Амин.
— Я предупреждала, что воспитана в консервативном стиле.
— Один мужчина на всю жизнь?
Вопрос получился неожиданно глубоким и заставил Эрну надолго замолчать. Она доела сэндвич, допила кофе, сходила еще за добавкой, не проронив за это время ни слова, — а Карифа ее не торопила, — и лишь вернувшись за столик, взяв большую чашку с горячим кофе двумя руками и устремив взгляд на воду, ответила:
— Я не знаю, на всю жизнь или нет, но пока я с ним, этот мужчина будет у меня один.
