— Ты меня балуешь.
— Если не тебя, то кого?
— Мне очень приятно, — искренне произнесла девушка.
— Я рад.
Они расположились в креслах, развернув их друг к другу, Орк взял Беатрис за руку и внимательно посмотрел в глаза:
— Вернувшись в Париж, я нашел тебя грустной.
А вернулся он вчера вечером. Сразу позвонил, спросил, помнит ли она его, услышал "да" и почувствовал себя счастливым. Нет, почти счастливым, потому что приготовил следующий вопрос: не хочет ли Беатрис составить ему компанию в путешествии в Лондон? И, услышав утвердительный ответ… Нет, тогда он тоже стал не до конца счастлив, а только почти, потому что затем девушка спросила, что он делает, Орк честно ответил, что скучает в отеле, да к тому же голоден, Беатрис сказала, что тоже не прочь поесть, и они отправились ужинать. А потом — в ее маленькую квартирку в старом парижском доме, не имеющем ничего общего с MRB, и вот там, в крохотной спальне, на старой скрипучей кровати Орк стал абсолютно счастлив.
Потом они спали, завтракали, торопливо собирались, мчались на вокзал… и только теперь Орк задал вопрос:
— Я нашел тебя грустной. Что-то случилось?
— Дурное настроение, — вздохнула Беатрис.
— Из-за чего?
— Из-за дурных новостей. — И, заметив непонимание в глазах мужчины, спросила: — Ты смотрел выступление Орка?
— Невнимательно.
— А я — четыре раза.
— Почему?
— Потому что испугалась.
— Если испугалась, то зачем смотрела? — поднял брови Орк.
— Потому что мне стало так страшно, что я каждый раз надеялась увидеть в конце выступления титры, — девушка посмотрела Бенджамину в глаза. — Я кажусь глупой?
— Нет.
— Ты врешь.
— Нет.
— Это не важно, — вздохнула Беатрис. — Я прекрасно понимаю, что мое поведение смешно и выглядит совсем по-детски, но не могла вести себя иначе. Я включала запись снова и снова, потому что хотела, чтобы она оказалась постановкой. Я испугалась.
— Это нормальная реакция, — искренно сказал Орк.
— Правда?
— Конечно. — Он поднял тонкую руку девушки и нежно поцеловал ладонь. — Выступление было очень… неприятным и шокировало всю планету.
— Ты тоже испугался?
Ответа на этот вопрос у Орка по понятным причинам не оказалось, и впервые за много лет он смутился. Однако девушка неправильно поняла причину заминки.
— Не думаю, что нужно стыдиться страха перед террористом, — произнесла она, наслаждаясь нежными прикосновениями мужчины. — Орк безжалостен и бьет исподтишка, травит людей, а не выходит на честный бой. Он трус, но трус злой. Его нужно бояться.
— Я не смущаюсь, я не хотел еще больше пугать тебя.
— Сказав правду?
— У всех должна быть надежда, — мягко ответил Орк. — Тебе страшно, но появился я, и тебе стало спокойнее. Разве нет?
— Ты прав, — кивнула Беатрис после короткой паузы. — Я почувствовала успокоение еще в кафе: как только ты сел за мой столик, я поняла, что нахожусь за каменной стеной, потому что ты… Ты настоящий.
— И ты должна верить, что я помогу, — твердо произнес Орк, чуть сжимая руки девушки. — Вера даст тебе силу.
— Ты — верующий? — вдруг спросила Беатрис.
— Да.
— И какую силу тебе дает вера?
— Избавляет от страха, — спокойно ответил Орк, глядя девушке в глаза. — Я не боюсь Орка, потому что он не сможет сделать мне больше, чем я все равно получу от жизни: я умру. Но при этом я постараюсь сделать так, чтобы моя смерть случилась не скоро. Посмотри вокруг.
Беатрис послушно огляделась.
— Видишь: все места заняты, а обычно в это время вагон первого класса почти пуст.
— Что это значит?
— Люди бегут на остров.
— Почему?
— Потому что он — остров, — пожал плечами Орк. — Он дарит иллюзию защищенности.
— Люди верят в его надежность, — догадалась Беатрис.
— Ты начинаешь понимать.
— Они бегут, потому что верят… Человек верит всегда.
— Что бы ни случилось, — подтвердил Орк.
— Люди верят в хорошее?
— Все знают, что плохое и так случится, поэтому верят в хорошее и призывают его.
— И ты поддался общему настроению?
— Если мир полыхнет, остров даст хоть какую-то защиту, — задумчиво ответил мужчина. — А еще у меня есть связи в порту.
— Ты собираешься уйти в море? — удивилась девушка.
— Если потребуется — мы уйдем в море, — рассказал Орк.
— Навсегда?
— Пока безумие не прекратится.
— А вдруг мы уже заражены? — вздохнула Беатрис.
— Что?
— Я читала новости и знаю, что между заражением и официальным объявлением эпидемии прошло несколько дней, — рассказала девушка. Ее руки слегка дрожали. — У kamataYan есть инкубационный период, а значит, я уже могу быть заражена и не знать об этом. И ты… Куда ты уезжал?
— В Америку, — быстро ответил Орк. Так быстро, чтобы скрыть ложь.
— В Штаты?
— На Восточное побережье.
— В самолете, случайно, не было выходцев из ЮАР?
— Ты пытаешься шутить?
— Я пытаюсь не сойти с ума, — призналась Беатрис. — И ты прав: когда ты рядом, мне гораздо спокойнее. Сегодня… сегодня я выспалась… впервые с того дня, как появился Орк. Хотя спали мы очень мало.
— Все будет хорошо.
