С тех самых пор он уверовал в силу Мага и следовал его указаниям: жить, как и жил, быть самим собой, носить на теле знак מ, начертанный на золотом кубе, следить за выбранными Магом людьми и ждать, когда
Этот день настал – так думал Харон, перенося тело почившего собрата на металлический стол. Затем он вытряхнул из пакета личные вещи мертвеца, разыскал среди них золотой кулон, вернул его хозяину и стал ждать.
К двенадцати в дверь поскребли, словно царапали металлом о металл. Харон отворил засов и впустил
– Здравствуй, грек. – Вошедший крепко сжал сильной рукой плечо Харона, но тот почувствовал лишь сладкую истому. – Показывай.
Харон почтительно поклонился и провел гостя в операционный зал, где под дрожащим светом белых ламп лежало ледяное тело. Гость приблизился к мертвецу, обошел его кругом, прислушался. Положил левую руку в область солнечного сплетения, медленно поднял правую, ткнув указательным пальцем вверх, начертал в воздухе знак бесконечности. Свет замигал сильнее, забившись в эпилептическом припадке, и погас. Тьма.
Жирная черно-зеленая муха с размаху влетела в стекло и, не желая сдаваться, еще раз десять стукнулась в прозрачную преграду. Возмущенно жужжа, сделала пару кругов по кабинету и снова попыталась сбежать на волю.
– Какого черта, лейтенант Никитин! Алеша! Алеша, блин! – ругалась подполковник Иванова, плотно закрыв дверь за вышедшими коллегами. – Почему не оформили по правилам? Почему не сняли часы и цацки, прежде чем допрашивать? Где теперь искать похищенных?!
Алеша сидел, поникнув, пинал носком дорогого кроссовка ножку стола, теребил кожаные ремешки на запястье. А что тут ответить? Он и сам понимал, что виноват. И где теперь искать похищенных – был самый главный вопрос.
После вчерашнего происшествия, оформив труп в морг на вскрытие, Алеша кинулся по адресу регистрации Беспалова. Однако все оказалось впустую. Регистрация была формальная, там он не проживал. Где проживал – неизвестно. Те, кто хоть как-то его знал, утверждали, что уже полгода не общаются и что Марат исчез из их жизни сам и добровольно. Просто пропал с радаров. Где был, где жил – загадка. Думали, что он в бега подался из города. Или умер.
Одна из бывших любовниц сообщила, что Марат проигрался крупно месяцев восемь назад. Ходил битый, прятался по подвалам. А потом вдруг явился с крупной суммой, закрыл одним махом долг и после исчез. По машине тоже не густо с информацией вышло. Купил он ее на себя, оформил по закону, расплатился наличкой. Только вот откуда деньги? И на машину, и на карточный долг? Кто-то спонсировал? Или…
– Что судмедэксперты говорят? – смягчив тон, спросила Мария Сергеевна.
– А? – очнулся от раздумий Алеша. – Миша обещал в морг за заключением заехать, жду его.
– А сам что думаешь? Что за чертовщина?
– Вот именно, Марьсергевна, что чертовщина. Не понимаю… зачем он это. Карты Таро, Древо Жизни, каббала… голова кругом, разбираюсь, изучаю.
– Разбирайся, Алеша, докручивай тему! Ты про профессора говорил из института, что тебя консультировал. Пригласи его еще раз на встречу… и эту девочку, соседку, Веронику. Надо собрать фокус-группу из тех, кто разбирается в символике и обрядах. Аленка?
– Что Аленка?
– Алена больше не балуется этим?
– Нет, завязала. Давно уже.
Мария Сергеевна подошла к Алеше, похлопала примирительно по плечу.
– Ты извини, что накричала. Это было несправедливо. Я бы и сама про перстень не подумала. А тут… сорвалась.
– Все в порядке, Марьсергевна, я понимаю. Мы все на нервах… есть шанс, что люди живы, но как их теперь искать?
В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, распахнули ее. Сержант Стариков искрился возбуждением, потрясая в руках черную флешку.
– Вы должны это видеть!
– Что случилось? – в унисон воскликнули Алеша и Мария Сергеевна.
– Тело похитили из морга.
– Как?
– Я не могу объяснить, надо смотреть, – выпучив и без того округлые, как бы навыкате глаза, взволнованно тараторил Миша, попутно вставляя флешку в USB-порт компьютера. – Вот тут, перемотайте на ноль-ноль тринадцать по времени.
– Это запись камеры наружного наблюдения у следственного трупоприемника? – уточнил Алеша.
– Да, да-да. Смотри. Вот. Вот! Видите?!
Камера фиксировала главный вход в здание морга, время – ноль часов тринадцать минут. Дверь открылась, и вышли трое. В одном из них Алеша сразу узнал Харона, патологоанатома. Его лысый, угловато-выпуклый череп и худую сутулую фигуру сложно было с кем-то спутать, пусть даже в темноте. Еще один человек был словно размыт на изображении, он сразу отступил в тень, а лицо его скрывал капюшон широкой накидки, похожей на плащ-палатку. Так что трудно было понять, мужчина это или женщина, крупный человек или субтильный. Но про него Алеша мгновенно забыл, когда стал разглядывать третьего.
