– Регина Дмитриевна. – Она протянула руку Алексею, а затем и Алене. – Мы все переживаем за Ладу, ужасно… ужасно. – Сейчас ей можно было дать все сорок пять. – Очень на вас надеемся. Ребята не расходятся, ждут вас для беседы. Это же… беседа? Не допрос? – Улыбка, и снова юная дева. – Никого не подозреваете?
– Все верно, просто беседа. Вдруг кто-то что-то знал, видел, слышал. Важна любая информация.
– Да-да, я зарезервировала вам аудиторию двести тридцать, второй этаж. Проходите пока, я проверю, все ли студенты сдали экзамен, и приглашу тех, кто свободен.
Алеша проводил Регину Дмитриевну долгим взглядом и тут же получил тычок в бок от Алены.
– Эй, все Веронике расскажу, – насмешливо улыбаясь, прошептала она.
– А? А я че? Я ниче… А… ты когда с Вероникой успела сдружиться?
– В больнице встретились, обменялись контактами. Вчера вечером кофе пили. Мне стало любопытно, что за девица охмурила моего братца… Она клевая. Но странная.
– Алена-а-а-а, – повышая тональность на последнем слоге и возмущенно выкатывая глаза, Алеша сверлил взглядом сестру. – Не лезь! А то я тебя знаю.
– Да клевая, клевая… Мне нравится, одобряю. Идем.
В указанной аудитории уже собрались студенты, человек десять. Согласно спискам, всего должно быть двадцать три. Значит, оставшаяся чертова дюжина еще не пришла с экзамена. Но дверь ежеминутно открывалась, и аудитория пополнялась новенькими. Коллектив был очень разнообразный – интернационал в ярком своем проявлении: два азиата, три африканца, один индус и один латинос, а остальные неразборчиво, «беленькие», как подумал про себя Алеша.
Алена села в дальний угол, чтобы не мешать, а Алексей представился и начал опрос-беседу. Ладу, похоже, все любили. Парень из Руанды аж всхлипнул, когда про нее говорил. Все пытались быть полезными, но не были. Про увлечение каббалой она ни с кем из них не делилась. Подвеску видели, да, она на шее ее носила. Но откуда и что значит, не рассказывала. Собиралась в Аргентину, про Алехандро много говорила. Но это уже не новая информация. Поживиться свежими уликами-наводками не получилось. Студенты разошлись, и Регина Дмитриевна (она все время присутствовала в аудитории) сочувственно коснулась ладонью Алешиного плеча.
– Судя по всему, ничего нового?
– Да, к сожалению, выяснить, откуда подвеска, не удалось.
– А она имеет какое-то значение? Подвеска?
– У всех похищенных была такая… вот. – Он продемонстрировал с экрана телефона изображение подвески певицы Sunny, попавшее в случайный кадр.
– Ох! – Регина Дмитриевна непроизвольно приложила руку к горлу, закрытому высокой стойкой воротника. – Понятно. Не видела, если честно. Жаль, что ничем не смогли вам помочь.
– Жаль… да. Но вам, Регина Дмитриевна, большое спасибо за сотрудничество. Надеюсь, что мы найдем и вернем Ладу.
– Обязательно!
В этот момент дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели показалась темная кудрявая голова молодого человека. Скуластый, курносый, худощавый. Один типаж с Вероникой, но парень.
– Я оп-п-п-поздал, – констатировал он очевидное.
– Вы одногруппник Лады Миртовой? – спросил Алеша.
– Д-д-да, мы дружили.
– Это Ваня Слепцов. – Регина Дмитриевна встала между двумя молодыми людьми. – Слепцов, я же просила быть всем вовремя. Теперь уже поздно, следователь закончил беседу.
– Нет, буквально один вопрос, – вступился за парня Алеша и, обходя Регину, сделал несколько шагов к новенькому.
Тот отпустил наконец дверь и показался весь: в широких рэперских штанах, растянутой радужной футболке и с таким же, как у Алеши, набором фенечек-бус на шее и запястьях.
Алеша еще раз нашел фотографию кулона и протянул экран Ивану.
– У Лады был такой кулон, но с другой гравировкой. Видели?
– М-м-м, д-д-да, видел. – Молодой человек заикался, и не похоже, что от волнения.
– Знаете, откуда он у нее? Может, видели еще где-то?
– М-м-м-м… м-м-может… видел, но не помню у кого. Кто-то в универе, но не в нашей группе… м-м-м-м… еще отметил про себя, что у Ладки такой же.
Алеша весь вытянулся в струну, молчал, но одними глазами, казалось, кричал: «Ну? Ну же!»
– Не помню, честно. – Иван вопросительно посмотрел на проректора. – Регина Дмитриевна, н-н-не видели ни у кого?
– Нет, – грустно качнула головой в этот раз взрослая женщина.
– Подумай, вспомни, – обратился к парню Алеша, перейдя на «ты».
– Н-н-нет, не помню. Но я повспоминаю, посмотрю у ребят.
– Если что-то вспомнишь, сразу звони. – Алеша записал на клочке бумаги номер своего телефона, протянул заике и сразу обернулся к проректору. – Регина Дмитриевна, а есть в университете какие-то чаты студенческие, группы в соцсетях? Сможем там разместить информацию?
– Да, это возможно. Просто студенты уходят на каникулы, многие уезжают из города и из страны… но разместить можно.
– Спасибо! Тогда я скину вам чуть позже текст для объявления. Еще раз спасибо.
Алеша кивнул на прощание и вышел, Алена поспешила за ним, оставив студента и проректора в аудитории одних. Брат и сестра молча спускались по лестнице и уже почти вышли из здания университета, когда Алена дернула брата за рукав и протараторила:
