Желтые глаза орка сверкали в отблесках факелов, клыки, чуть выпирающие над нижней губой и характерный цвет кожи действительно могли послужить причиной для лишних вопросов, так что спряатать их под капюшоном оказалось хорошей идеей. А вот мощная коренастая фигура, неожиданное для рабского сословия круглое пузо и чуть прихрамывающая походка для Аркана стали поводом для определенных догадок, которые он и озвучил после того, как откинул полог палатки и прошел внутрь, приглашая нежданного гостя за собой.
— Ты — Хромой, маэстру орк, — констатировал Рем, присаживаясь на деревянное кресло, эдакий эрзац-трон.
Он бы и не подумал возить его с собой, но этот предмет мебели, как и один из герцогских обручей-корон, и копию скипетра прислал ему отец из Аскерона. Мол, не позорься, сынок! Имей уважение к себе и титулу! Если уж собрался дальние страны на рога ставить — делай это как подобает герцогу: на троне, со скипетром и в короне, а не глупости все эти… Так что теперь Рем имел возможность расположиться с комфортом, а занявшие позиции справа и слева от своего господина Шарль и Луи создавали впечатление чего-то вроде почетного караула.
— Я — Хромой, бывший сиропщик Галахеров, а до этого — смотритель книгохранилища Флэнаганов, — очень внятно, с толком и расстановкой, весьма непривычными для зеленокожего, проговорил орк. — После — внезапный вождь восстания… Нынче — беглец, которого хотят убить и свои, и чужие.
— Вот как? Чего же ты хочешь от меня, маэстру Хромой? — закинул ногу на ногу Аркан, тяжело, по-фамильному глядя на собеседника. — Зачем назвал себя моим человеком? Ладно — пусть орком. Все мы — дети Божьи, или, как говорит один мой друг из-за моря — эрухин! Странно видеть тебя здесь, среди боевых порядков твоих врагов, присягающим тому, кто убил почти все твое войско.
— Войско? — неожиданно умный, но при этом ожесточенный взгляд Хромого стал злым. — Это не войско, это стадо кровожадных дикарей! Вы думаете, я не знаю своих соплеменников? Или питаю иллюзии на их счет?
— Питаю иллюзии? — поднял бровь Аркан. — Не очень-то подходящий оборот речи для кровожадного дикаря. Вы сложнее чем кажетесь на первый взгляд, маэстру Хромой.
— Я уже сказал, что работал в книгохранилище, когда был мальчишкой. Не знаю, зачем старая леди Флэнаган взяла себе орчонка в услужение, наверное я был для нее кем-то вроде дрессированой зверюшки. Но она научила меня, как вести себя в обществе, выучила меня читать и писать… И я читал, ваше высочество. Я очень много читал, — Хромой внезапно пошатнулся, а желудок его издал весьма неуместный звук, подобный стону раненого буйвола.
Рем сообразил быстро:
— Принесите ему еды и питья, — кивнул он своим людям, а потом спросил: — Ты ведь не ел несколько дней, верно?
— Когда висишь под днищем фургона — сложно раздобыть съестное, — пояснил орк. — А я висел от самой Тулламоры, где догнал вас. Я бы хотел ответить на ваш вопрос о причинах, которые заставили меня прийти к вам и проситься под вашу руку. Позволите?
— Слушаю, — пожал плечами Аркан.
— Только вы можете сделать из банды кровожадных дикарей — войско, из бывших рабов — аристократов, из изгнанников — могущественных и богатых мужчин и женщин! — орк снова преклонил колено. — Я не прошу за взрослых. Я прошу за детей. Заберите их под свою руку, научите жить достойную, самостоятельную жизнь! Мы — сильный и храбрый народ, и не глупее прочих, но…
— … социальная среда и геополитические факторы, — вздохнул Аркан. — Это я прекрасно понимаю… Вы не могли быть другими. Для этого вам пришлось бы родиться в другом месте или в другое время… Но что ты имеешь в виду, когда говоришь о детях? Ваши дети погибли в усадьбе Флэнаганов, насколько я знаю.
Хромой нахмурился, но потом совладал с собой и ответил:
— Мои дети погибли, да. Однако… Все дети, которых мы освободили в латифундиях по всему Югу — живы. И ждут вашего решения, монсеньор!
Аркан вытаращил глаза и откинулся на спинку стула.
— Ах вот оно что! — хлопнул себя по ляжкам он. — Вот в чем причина хаотичности ваших действий! Вы не жалели жизней взрослых орков, потому, что их жизни для вас ничего значат… Не было никакой хаотичности, да? Вы спасали детей! Ну надо же!
В этот момент один из воинов-зверобоев внес блюдо с едой: копченым мясом, галетами, сухофруктами, и с удивлением уставился на Хромого, который теперь не скрывал лицо под капюшоном. Рем повернулся к вошедшему и сказал:
— До поры не стоит об этом распространяться… И да, поставьте еду здесь, этот маэстру должен поесть.
Зверобой кивнул и вышел. Каждый из орденцев привык к тому, что Аркан порой делает странные дела и ведет странные беседы, да и союзы заключает странные. Чего стоит, например, голосование на имперских выборах за Антуана дю Массакра? Но обычно оказывалось что все это служит на пользу людям Аскерона и к вящей славе Господа, так что ортодоксы были совсем не против такого поведения Буревестника. На то он и герцог, на то он и Командор!
Пока Хромой довольно аккуратно и сдержанно ел, сидя у походного раскладного стола на табурете, Рем размышлял вслух:
