Именно поэтому он сам, лично встречал каждый из небольших церковных отрядов, что прибывал в большой лагерь ортодоксов. Три, десять или сорок человек в простых серых сутанах — ему было не важно. Братья-зилоты, военные капелланы, пламенные миссионеры-лекари — каждому из священников-ортодоксов, откликнувшихся на призыв, находилась палатка, место за столом и пара слов благодарности — от самого герцога. Даже из Первой Гавани пришел кое-кто из духовенства, чтобы выяснить намерения странного аскеронца. Услышав ответы на животрепещущие вопросы, умудренные опытом служители церкви старой имперской столицы уходили встревоженные, и вместе с тем — полные надежды. Аскеронские ортодоксы пришли сюда, чтобы защитить столицу, и привели с собой большое наемное войско из южан! Подумать только, такая помощь — в такие сложные времена! Экзарх Деграса даже передал Буревестнику послание, в котором звал того в гости в монастырь Всех Прежних Святых, и Рем обещал явиться… Но не сразу. Горожане должны были дозреть.
Три дня стоял лагерь в виду города. Три дня войска Аркана приводили в порядок снаряжение и оружие, закупали свежий провиант у местных, и ждали. Ждали, пока священники не донесут до своей паствы неизбежное, на границе небы и Зеленого моря не покажутся паруса, а с севера не начнут прибывать бегущие от войны люди.
Разведка докладывала: войска узурпатора двигаются широким фронтом. Города и поселки они пытались взять штурмом, с ходу, с помощью магии и стремительного наскока. Если это не удавалось — оставляли сильный заслон и шли дальше. Смерти и пожары следовали рука об руку с армией оптиматов, Белые братья — эти стервятники Синедирона — развернулись вовсю, уничтожая ортодоксальные святыни, преследуя и убивая священство и всех, кто открыто исповедовал исконную веру. Население подвергалось грабежам и насилию, все, кто не успел бежать — жестоко страдали. Рыцари и солдаты армии оптиматов не щадили местных: им нужны были свободные плодородные земли, а не еретики-ортодоксы на этой земле…
По Рубону медленно двигались корабли эльфов — остроухие туринн-таурские водители слишком хорошо помнили кровавую баню у Шаранта, чтобы рисковать снова. Каждый из них знал — Аркан здесь, неподалеку, и готовиться вступить в бой.
— Ты знал! Ты знал! — Диоклетиан Гонзак вбежал в палатку Аркана, забыв про хромоту и пребывая в явном неистовстве. — Ты устроил это! О, Господи, этот вчерашний мальчишка… Может быть ты и вправду — Антихрист? Буревестником кличут тебя, а я назову — Посеявшим Ветер! Это ты устроил! Они идут к Первой Гавани, потому, что ты предложил им лучшую приманку — себя самого! Ты все знал — и про головы на пиках, и про стотысячное войско, и про магию… Воистину Арканы — проклятая семья! Отдать целый край своих единоверцев на растерзание, чтобы…
— Что? — поднял бровь Аркан, как будто даже не удивившись явлению старого знакомца. — Вы пришли стыдить меня, маэстру Фрагонар? Вы? О-о-о, да у вас истерика! Это совсем недостойно старого шпиона и мастера многоходовой интриги. Что, не помните? Не помните тот вечер в таверне, и ваш взгляд… О, этот взгляд — как будто я корова, которую ведут на бойню. Вы и ваши дорогие триумвиры посчитали Аскерон подходящим отвлекающим фактором, верно?
Гонзак-Гонорий остановился посреди палатки и дышал тяжело, смотрел в пол потупившись. Его одежда была измята и испачкана, на лице запеклась кровь. Он явно преодолел большое расстояние верхом, и находился не в лучшей форме.
— … Мол, втянем Арканов в войну, они точно смогут попортить кровь оптиматам… Здесь, на Юго-Востоке и подумать не могли, что мы победим. Вы ведь забыли, кто такие настоящие ортодоксы и чем они отличаются от всех остальных! — продолжал Аркан. — Так что разница между мной и вами только в том, что у меня все получилось. Крылатый поход во главе с Краузе идет на Первую Гавань, а не на Аскерон. И знаете что? Есть еще один существенный нюанс: я здесь, под стенами вашего родного города, с большой армией и планом сражения. Здесь развеваются черные знамена Арканов, и я готов умереть, сражаясь с нашим общим врагом. Напомните мне, маэстру Фрагонар — когда мы сражались с рыцарями Запада в Аскеронском герцогстве, сколько солдат прислал нам на помощь Юго-Восток? Где в это время развевались белые, зеленые и алые знамена Великих Ортодоксальных Семей?
— Довольно! — прохрипел Диоклетиан Фрагонар. — Довольно… Можете считать — вы победили в морализаторстве. Вы переиграли нас всех. Теперь, если вы сможете защитить мой народ — я готов буду признать вас своим сеньором, Деспотом или Императором — на ваш выбор.
— Да? — удивился Рем. — А вы думаете, что мне нужны такие подданные? Я ведь вижу вас насквозь: если бы Краузе вторгся не напрямую в Деграс, а потратил наступательный порыв, скажем, в Альбакастре…
