И народ, так непохожий на воинственных аскеронцев, которые привыкли с оружием в руках отстаивать свое право жить по Уставу Надлежащему, не глядя на сословие, вооружение и число тех, кто пытался навязать чуждые ценности. Многие сотни лет подданные Великой Семьи Фрагонаров не испытывали нужды доказывать кому-то свое право на жизнь и веру. Да, войны тут случались, но…
— Я понял, чего тут так тошно, — сказал Сухарь — раньшестарый каторжанин, а нынче — один из самых уважаемых зверобоев. — Здешние господинчики и здешний народ тихой сапой, па-а-атихонечку, п-а-амаленечку превращаются в оптиматов, хотя и сами этого не замечают…
— Те кто воюет, те кто работает и те, кто молится… — мрачно кивнул Аркан, глядя на идиллические пейзажи вокруг. — Маэстру, мы заглянем в первый же монастырь, чтобы помолиться и поблагодарить Господа. И узнаем — есть ли на Юго-Востоке зилоты. Если и церковь поддалась всеобщей беспечности — то воистину здешние ортодоксы живут в счастливом неведении, и горько придется здешним градам и весям… Остановимся лагерем у границы Деграса, а завтра — достигнем Первой Гавани, маэстру!
Черные Птицы — и большие остроухие, и маленькие пернатые — следовали за войском Синедриона неотступно. Доклады о передвижении врага доставлялись Аркану в собственные руки крылатыми почтальонами дважды в день, с опозданием примерно в сутки. Птичья эстафета работала с максимальной скоростью, на какую только была способна. Из донесений следовало: голов князей на пиках полуэльфы не видали, но поле боя, а точнее — разгрома ортодоксальных дружин — посетили и рассмотрели собственными глазами.
Как следовало из обобщенной докладной записки, собранной воедино из множества мелких фактов специалистами Гавора Коробейника, с точки зрения военной логики Фрагонары, Бергандали и Корнелии вели кампанию правильно. Вести войну на своей территории они не хотели — и Аркан теперь понимал, почему. Так что собрав крупные силы и желая воспользоваться преимуществами традиционно сильной ортодоксальной тяжелой пехоты, силы триумвирата выдвинулись на земли Центральных провинций загодя, перегородили единственную дорогу, которая шла вдоль побережья, создали за пару недель крепкую линию обороны из вала, рва и частокола, и приготовились оборонять эту выгодную позицию.
Рубон Великий в том месте изобиловал многочисленными островками и мелями, основное русло представляло собой протоку шириной в четверть версты — ее перегородили укрепленным понтонным мостом, на котором дежурили арбалетчики. Учитывая потери флота оптиматских феодалов — таких мер должно было хватить для блокирования реки, а сухопутный обходной путь в тыл армии Юго-Востока представлял собой огромный крюк через болотистую местность, верст в пятьдесят, не меньше. И нечего было и думать провести там сто тысяч человек!
Поле боя было выбрано отлично, и князья рассчитывали стоять здесь до тех пор, пока Краузе не уйдет восвояси, потеряв многие тысячи бойцов.
Не учли они одного: магии. Тонкие времена, химеры, демоны и рост могущества зловредной волшбы — все это казалось ортодоксальным триумвирам чем-то вроде досужих баек. Еще бы! На благословенной земле Юго-Востока ничего такого попросту не существовало! Маги обходили Первую Гавань стороной, а никому из добропорядочных правоверных маэстру и в голову не пришло бы экспериментировать с колдовством. В отличии от Аскерона, где проживали люди самых разных религиозных взглядов, да и нелюди не были такими уж редкими гостями…
Стоит сказать: Рем убедился — церковь не потеряла своих позиций в княжествах Юго-Востока. Храмовники-зилоты, капелланы и миссионеры юго-восточных Экзархатов делали свое дело — проповедовали, учили, лечили, искореняли скверну везде, где только могли ее найти — в основном, на восточном берегу Рубона, на границах со степями. Однако, как и везде, настоящих ортодоксальных священников здесь было традиционно мало, да и отношения с князьями у них складывались не очень конструкутивно. Нет, на открытый конфликт с церковью никто из Великих Семей бы не пошел, но… Принципиальные люди — это очень неудобные подданные. А ортодоксальное священство всегда отличалось пассионарностью, крайним консерватизмом и непримиримостью в вопросах веры.
И вот этих неудобных подданных князья решили с собой в поход не брать. Решили обойтись без фанатиков-зилотов, без реморализации, которая так мешает на войне набивать карманы и действовать максимально эффективно. Триумвират решил, что справится без хорошо известных, набивших оскомину, никому не нужных советов святош. Проживая и властвуя в тепличных условиях, созданных во многом именно благодаря усилиям ортодоксальной церкви, князья воспринимали положение дел на Юго-Востоке как нечто само собой разумеющееся!
