Я вижу, что мама тоже плачет, но в отличие от моего бурного рыдания, из ее глаз тихо катились слёзы, одна за другой.
— Папа так сильно переживал после того, что с тобой случилось… после… Ты будь с ним мягче, хорошо, милая?
Я молча кивнула и открыла дверь в кабинет.
Отец сидел за своим рабочим столом, но вместо привычного чтения газеты или работы с картами больных, он неотрывно смотрел в окно на зеленый сад. Я с трудом узнала в этом осунувшемся слабом мужчине своего папочку.
Когда он повернул голову на скрип двери, я увидела его потухшие глаза, посиневшие губы и углубившиеся морщины.
— Папа? Зачем ты так?.. — я бросилась к нему и повисла на шее. Сзади подошла мама, обняла меня за спину, вторую руку положила папе на плечо и так мы просидели долго-долго, тихо плакали и шептались.
Когда на глаза стала спускаться вязкая пелена, поняла, что скоро проснусь, осознала, что я не дома, а во сне!
— Ма, па, мне пора уходить, но я вернусь, обещаю. Я не умерла — меня просто перевели в другой университет. Папочка, я умоляю тебя, следи за своим здоровьем. Я вас очень люблю…
Успеваю произнести и с всхлипом открываю опухшие от слез глаза.
— Молока тёплого принести? — спросила Ена, осторожно трогая меня за плечо.
— Нет, — я поспешила закрыть глаза и поймать волну прежнего сна, чтобы вернуться к родителям.
Дверь, перед которой я стою, ведет в транспортационную. Меньше всего я хочу заходить туда, поэтому разворачиваюсь и ухожу прочь. Меня накрывает волна ужаса, когда прохожу мимо покоев Вейда. Пожалуй, мне лучше отсидеться в одной из аудиторий. Самая ближайшая ко мне — в западной башне, там где нам читали лекции по зельям.
Я закрываю за собой дверь и в спину прилетает вопрос:
— Так просто?
Я вздрагиваю и дёргаю ручку двери, чтобы сбежать.
— Я заблокировал её. Нам надо кое-что обсудить. — Вейд сидит за преподавательским широким столом, согнув руки в локтях и сцепив пальцы.
— Я тут не причем! Я понятия не имею, зачем сплетница Мандари… Манджирина подставила меня! — кричу в испуге, потому что его фигура напряжена, словно перед прыжком зверя.
— Ты была там? — еле сдерживая ярость выговаривает Вейд..
— Н-нет…
— Не ври! — теперь он срывается на крик, а я вжимаюсь в запертую дверь.
— Я не…
— Ты проделала со мной тоже самое, до того как это обнародовал Сплетник.
Мне возразить было совершенно нечего — я подставилась по полной.
— Да, видела. Я пряталась за диваном, но я не…
— Как Манджирина смогла заполучить эту запись? Как она смогла увидеть?
— Я не знаю, правда! Но от меня она ничего не получала. Я никому ничего не рассказала про ваш… вашу…
— Уже не важно. Идем за мной.
Вейд резко встал и подошел ко мне. Вариантов, кроме как успевать за ним, у меня не осталось. Крепко перехватив меня за плечо, он спешил к северной башне. Вот мы миновали второй ярус и коридор в его покои. Третий ярус и библиотека оказались позади. Четвертый, дверь, приемная. Он отпускает меня.
— Покажи, где ты пряталась, — короткий сухой приказ.
Я всё также сковано иду к диванчику, встаю возле него.
— Я хочу, чтобы ты спряталась так, как в тот грёбаный вечер! — Вейд старается быть спокойным, но я вижу каких неимоверных трудов стóит ему сдержать себя, чтобы не сдавить мою шею покрепче.
Захожу за спинку и приседаю, точно повторяя то положение, в котором находилась в ту ночь. В отражении зеркала вижу, как Вейд не спуская с дивана взгляда подходит к столу, к тому самому месту где он… где я… где мы…
Судорожно сглатываю.
— Я не вижу тебя, — обреченно и как-то обессилено произносит он и опускает голову сдаваясь.
— Посмотри в зеркало, — тихо прошу я и тут же встречаюсь с ним взглядом в отражении.
Проходит минута, другая, я выглядываю из-за дивана, и только тогда замечаю бешеный блеск в его глазах.
— Кора, скажи, ты знаешь, кто была эта женщина?
— Д-да… Дельфина, ой, нет… Асиль — это я точно запомнила, с фамилией на Д. Дилирим?
— Делириум, — поправляет меня Вейд. — Откуда ты… Аха. Я сам принимал её по каналу. Черт. ЧЕРТ! Значит, зеркала! Дрянь…
Я подошла к нему, потому что диван свое дело сделал.
— Что теперь будет?
— Надеюсь, что смогу замять.
— Думаешь, Мандарина хотела погубить её? Или тебя?
Вейд отвлекся от своих мыслей и внимательно посмотрел на меня.
— Зачем ей я? Она целится в Асиль!
— Просто подумала, что Асиль слишком очевидная жертва. Из вас двоих она самая уязвимая — измена мужу, оскорбление Королевы…
Вейд в удивлении изогнул бровь и я поняла, что он не помнит.
— Ну как же? Асиль сказала, что Королева — старая ведьма, которая хочет соблазнить тебя.
Декан снова грязно выругался, а потом прикрыл глаза и обреченно застонал.
— Иди спать. И, ради Богов, вернись в свою прежнюю комнату на первом ярусе! Я приказываю. Мне надо уходить. Если я успею…
— Что ты сделал с Зоей?..
— У меня нет времени. Иди.
…Я проснулась от оглушающего раскатистого звука грома.
— Вейд? — пробормотала сонная Ена. — Вернулся?..
— Нет, ушел, — тихо ответила я и отвернулась к стенке.
